– Ты могла умереть.
Он прислонился лбом. Его глаза были полны тревоги. Костяшки пальцев скользнули невесомо по лицу. Ника, не думая ни о чем, прикрыла веки и невольно замурчала.
– Все мы могли, – прошептала она.
– Нет! – возразил Алик, выдернув девушку из блаженной неги. – Хочу, чтобы ты осознала, что была на волосок от гибели, потому что безрассудно бросилась сама…
Ника все же притянула парня и заткнула. Он говорил очень верные слова, но сегодня в ее жизни было слишком много разговоров. Достаточно с нее.
На этот раз она вела.
Покусывала его губы, скользила по ним нежнее. Услышала тяжелый выдох или стон и широко улыбнулась. Алик почувствовал и рассмеялся в ответ.
– Посмотри.
Алик указал куда-то вдаль, за ограждения.
– Они все живы благодаря тебе.
И он не позволил возразить.
– Ты не дала ей взорваться. Бомбу обезвредили. Тот парень, Макс, он привез чертежи.
Ника не поняла, нахмурила брови, взглянула исподлобья.
– Ему позвонила медсестра из психиатрической больницы и сказала, что его брат сбежал несколько дней назад.
Они пытались сами отыскать его, но не смогли. Макс нашел его укрытие, какую-то квартиру, где было все – планы, карты, чертежи. Он вовремя связался с полицией. Саперы оперативно сработали. Но есть одно «но» – ты всем нам дала время. Ты всех нас спасла.
Нике стало неуютно от этого монолога. Она смутилась и не знала, куда себя деть.
– Это был эксперимент по телепортации. Вроде бы. То, что случилось с Индонезийским бортом, – произнесла она, чтобы отвлечь Алика и увести в другое русло разговор.
– Хотя кто теперь знает, правду он говорил или нет, он был так безумен.
Ника внезапно обратила внимание на парней в черном, что суетились около тела, осматривали его. Их взгляды пересеклись, девушка напряглась. Но те лишь ухмыльнулись в ответ.
– Нам никто не поверит.
Алик тоже видел их.
– У меня перевернули квартиру и офис, уничтожили бумаги и стерли данные. Даже систему Марка взломали и не оставили ни следа. Доказательств нет.
– Думаю, флешку у него тоже не найдут.
Ника внезапно развернулась и крепко-крепко обняла Алика.
– Боже, прости меня. Тебе не сильно навредили? По работе? Дома?
Алик похлопал ее по спине, утешая, сбивая приступ подступающей истерики.
– Что за глупости? Самое важное, что ты жива.
Его шепот действовал, как анестетик. Ника уплывала навстречу блаженству. В его руках было так тихо, так тепло и безопасно. Она даже не сразу услышала посторонний голос.
– Если вы готовы, нужно проехать в участок.
