Автор
Взгляд был занят снегом и метелью, но внутри подъезда пульс становился еще быстрее, а сердце дрогнуло от той ужасающей симфонии холода и ветра. Метель ревела через окошко, превращая мир за его кромкой в холодную картину, где каждое движение казалось вызовом невидимому стене....
— Сходи в душ и ложись, — велел он спокойным тоном. — Тебе нужно отдохнуть.
Неприятный осадок до тупой боли стянул внутренности, и я отвела удрученный взгляд в пространство. Очень не хотелось думать, что он просто решил остаться в стороне после всего, что я рассказала… После того, как в прямом смысле открыла душу и впервые в жизни доверилась человеку, коснувшись самой болезненной темы!
— Извини… — выдавила напряженными губами. — Не стоило мне… зря я нагрузила тебя своими личными заморочками.
Черные глаза тут же ударили меня наотмашь строгим блеском.
— Не смей за это извиняться, — отрезал он стальным тоном. — Я бы никогда не стал пренебрегать твоим доверием, Аня! То, что ты поделилась со мной — о многом говорит и многое значит для меня.
В области сердца сразу стало теплее, мои предубеждения посыпались, и тяжесть начала отступать. Хотя ведь с самого начала интуиция твердила, что я ошибаюсь в своих выводах! И сейчас, когда лишние эмоции отошли в сторону, поняла, что так или иначе, научилась читать своего мужчину.
Дело в том, что за все время нашего знакомства, он ни разу не повысил на меня голос или как-то эмоционально показал свое недовольство. Самрат всегда был сдержан. И сейчас эта сдержанность была сравнима именно с моральным наказанием, а не равнодушием! Это и привело меня к догадке, что должно быть вовсе не откровение о матери заставило его закрыться, а факт пребывания неизвестного мужчины в моей квартире! На территории, где было сделано все, чтобы я чувствовала себя в безопасности.
Зарывшись теплыми пальцами в волосы, Самрат вдруг притянул меня к себе и обжег дыханием кожу у виска.
— Поговорим об этом завтра, — сказал он, сглаживая свой непреклонный тон коротким поцелуем.
Кажется, вся моя досада отразилась в одном взгляде. Все же он был тверд в своем намерении… И вопреки догадкам, на которые я ориентировалась, стало очень тяжело оправдать это.
Опустив негодующий взгляд, я еле заметно кивнула и не спеша отстранилась от тепла, которое как будто стало чужим.
