Разве я могла поступить по-другому?
Конечно, могла.
Но не поступила.
Потому что гордость.
Потому что глупость.
Потому что наивность.
Потому что люблю.
Если б не любила, осталась.
Просто ради секса.
Ради ощущений.
А так…
Видеть его равнодушие больнее, чем резать себя по живому.
Страшнее, чем умереть.
Лучше сохранить в памяти.
Его одержимость.
Пусть ненадолго.
Но искреннюю.
Чем потом умирать от ожидания и неизвестности. Недосказанности.
От ледяной стали в голосе и взгляде.
Андрей тактично молчит всю дорогу.
Помогает донести вещи до маминой квартиры.
Вежливо прощается.
С его уходом теряю последнюю ниточку, связывающую нас с Сергеем.
И, как только мама открывает дверь, бросаюсь к ней в объятия с горькими слезами.
Плакса.
Как он сказал.
Пошёл к чёрту.
Блин…
И ненавидеть не могу ведь больше…
- Мамочка, мне так плохо…
Скулю родному человеку в плечо, ощущая себя жалкой и беспомощной.
Но она так крепко прижимает меня к себе, что даже непривычно и удивительно.
- Пойдём, милая. – Целует в волосы. – Пойдём. Расскажешь всё.
Глава 33
В молодости я думал, что смогу всё.
В смысле, что все дороги передо мной открыты и любые цели по плечу. Стоит только действительно захотеть.
Во мне было столько неуёмной энергии, подкрепляемой любовью и заботой родителей, поддержкой друзей и собственными амбициями, что хватило бы на три жизни.
А в один прекрасный день, между тренировкой по боксу и очередной вечеринкой, ко мне пришла девочка.
Домой ко мне пришла.
И заявила, что беременна.
От меня.
Мне было девятнадцать.
Сначала, конечно, опешил.
Слов не было, чтобы ей что-то ответить.
А потом…
Пиздец.
Мой мир перевернулся с ног на голову.
Золотой мальчик, не знающий нужды, имеющий авторитет в кругу друзей и знакомых, вдруг оказался один на один с пресловутыми житейскими проблемами.
Родители от меня отвернулись.
Сначала выставили ультиматум.
«Аборт и светлое будущее» либо «ребёнок и «гребись, как хочешь»»…
Девчонка была из обычной семьи.
Скромная такая.
Я помнил её. И наш секс.
Я у неё не первый был.
Второй, бля…
И сразу залёт.
Она плакала. Говорила, не знает, что делать.
И я впервые почувствовал ответственность не за себя, а за другого человека.
Чёрт знает почему, мы решили оставить ребёнка.
Хрен сейчас разберёт, какими мотивами я тогда руководствовался.
Возможно, захотел самостоятельной жизни.
Без контроля свыше.
Сам решать. Чего хочу в жизни.
