Уложила свои от природы каштановые волосы, нанесла на глаза тушь и немного румяна, накрасила губы и выскочила из дома, закрыв дверь на ключ. Алекс с недавних пор без работы и уж точно не поднимет свой зад с постели раңьше обеда.
— У меня творческий кризис. Потерпи немного, — сказал он мне уже как пол года назад.
Алекс пишет картины и продаёт их за неплохие деньги. Но сейчас у него кризис, который, как мне кажется, очень затянулся. Я не могу тянуть все на себе: оплачивать все счета и содержать его.
Не подумайте обо мне плохо.
Мы вместе уже 4 года. И за это время было много чего как хорошего, так и не очень. Я вcегда поддерживала его во всем, но сейчас это уже переходит все границы.
А тут ещё и его любимая мамочка, которая, к слову сказать, только делает вид, что очень меня любит и уважает, решила приехать к нам в гости. Она недавно вернулась с двухнедельного отдыха на Багамах.
Да, да, да… жизнь у неё весьма насыщенная и безбедная. Пять лет назад она стала вдовой, и с тех самых пор просто в трубу спускает всё честно заработанное своим супругом.
И заметьте, ни копейки помощи родному и единственному сыну.
— Мужчина должен зарабатывать сам, — сказала как-то Ребекка.
И в принципе, в этом она права. Но иногда, когда у твоего единственного ребёнка проблемы, ему ведь можно помочь. Разве не так?
К тому времени, как я добралась до своего рабочего места, на часах давно перевалило за 9 утра. Ну что ж… предвкушая очередной штраф, я прошла в свой небольшой, но весьма уютный кабинет. Включила компьютер и начала перебирать почту.
К счастью, сегодня моего опоздания никто не заметил. Ну, или сделал вид.
Спустя час, а может и два, когда мои плечи затекли, а глаза болели он напряжения, я решила отвлечься и выпить кофе, который, к слову, не успела выпить, выходя из дома. Поднялась со своего рабочего места и уже практически покинула свoй кабинет, как телефон ожил на столе, извещая о новом сообщении. Это от Дэвида, он просил собрать во второй половине дня совещание для руководителей всех филиалов. Ну что ж, кофе отменяется…
В назначенное время все собрались в конференц-зале.
Дэвид — статный, высокий мужчина, ему давно за шестьдесят лет, и седина уже украшает его голову. Он самый добрый и справедливый человек, которого я когда-либо встречала в жизни. И несмотря на свой возраст, он в прекрасной форме."
"Когда дверь открылась, и Дэвид прошел в зал, я подняла голову, чтобы поздороваться, но заметила, что он не один. С ним в зал прошел ещё один незнакомый мне мужчина.
