Толщина… длина… он не такой, как у Алеқса, но мне нравится. Я закрыла глаза и подавила голос, кричащий в моей голове, что это всё неправильно. В этот момент ничего не существовало, кроме Итана и меня.
Итан застонал и сжал мои бёдра сильнее, его пальцы оставляли отпечатки на моей коже, стирая с моего тела каждое воспоминание о Алексе. По мере нарастания удовольствия, мой стон становился громче, когда Итан начал непрерывно тереть пальцем мой клитор.
Он трахал меня жестко и быстро, и я уже ощущала, как оргазм парил надо мной, просто выжидая того последнего толчка.
Я открыла глаза, опустила голову и посмотрела на своё тело, туда, где он нанизывал меня. Его член, огромный и блестящий от моей влаги, заставил меня желать взять его в рот и сосать, но я этого не сделала. Взамен, я приподняла свой зад и сильнее прижалась к егo члену, принуждая врезаться своим телом в меня. Я отдала ему всё, что у меня есть. Итан начал толкаться сильнее и сильнее, и сильнее. Я ощутила лёгкое головокружение. Я так близко. Боль становилась невыносимой, но я не могла прекратить получать удовoльствие от настойчивости его бёдер.
Это приближало меня к кульминации. Он врезался в меня последний раз, и мы вместе достигли оргазма.
Не было нежных разговоров, улыбок и поцелуев, мы простo молча, отстранившись друг от друга, восстанавливали дыхание.
— Если тебе нужен душ, то он прямо и направо, — сказал он, и от холодности его голоса меня передеруло. Полностью обнаженный и абсолютно не стесняясь своей наготы, Итан подошел к столу и налил себе виски.
Он сделал все в абсолютной тишине и не смотрел на меня вообще.
Господи, я ощущала себя шлюхой, которую использовали и выбросили. Нет, ну я тоже в какой-то степени воспользовалась им, но не вела себя как чертова свинья… Наклонилась и собрала по полу свои вещи, на ходу натягивая на себя. Слегка пoправила волосы и, не сказав ни слова, вышла за дверь, громко хлопнув ею. Пока стояла и ждала лифт, надеялась, что он одумается и остановит меня, объяснит, чтo произошло с ним и почему его настроение резко изменилось.
Но Итана не было.
На дрожащих ногах вышла из такси и зашла в наш пустой дом."
"Я должна забыться.
Пошла прямиком в душ, снимая с себя всю одежду.
Вода, обрушивающаяся на мою кожу, обжигала меня, и это было очень приятное чувство. Боль — это наказание за то, что я попробовала запретное.
Мыльная пена покрывала мое тело, когда я продолжала вымывать каждый сантиметр кожи, смывая его с себя. Я не хотела делать этого, но должна была.
