Автор
В мрачном Лондоне начала 19 века, Джорджина Андерсон прячет от беспробудной тараканьей бурмы, выстреливая редиску по щелям. В воздухе пьянящие ароматы старых книг и воняющейся мочой дороги создают неповторимую атмосферу. Этот мир не для слабаков — Джорджина Андерсон знает, как уцелеть в диких руках этого заурядного города....
— Тогда как же она может быть[3]?.. — Янтарного цвета красивые глаза вновь остановились на Джеймсе и вдруг недоверчиво округлились. — Бог мой, ты хочешь сказать, Джеймс, что взял себе жену? Тебе пришлось ехать на край света, чтобы найти женщину, которую не испугает твоя печальная репутация! — И, переведя взгляд на Джорджину, спросил: — Знаете ли вы, что взяли себе в мужья пирата?
— Мне это известно, — сухо ответила Джорджина.
— А знаете ли вы, что он способен таить злобу против человека до конца своих дней?
— Теперь я начинаю понимать почему, — ответила Джорджина, вызвав хохот у Энтони и Джеймса Николас натянуто улыбнулся.
— Очень хорошо, моя дорогая, но знаете ли вы что он волокита и распутник, что он… Джеймс прервал его, прорычав:
— Перестань, парень, ты просто принуждаешь меня применить…
— Здесь разговор идет о принуждении? — проговорила Регина, подойдя к мужу и беря его за руку. — Стало быть, ты рассказал ему об этом, дядя Джеймс? Здорово! Я была почти уверена, что ты не станешь рассказывать эти подробности Николасу.
Николас промолчал. Он смотрел на жену, пытаясь понять, насколько она серьезна. Сам же он готов был рассмеяться — Джорджине это было видно по глазам. Он сдерживал смех до тех пор, пока не увидел досаду на лице Джеймса.
Как ни удивительно, Энтони не поддержал Николаса и остался серьезным. Возможно, ему просто не хотелось уподобляться молодому виконту, хотя скорее всего оба находили это одинаково забавным.
— Регги, киска, — сказал Энтони с явным неудовольствием. — Право, не знаю, то ли тебя задушить, то ли просто отослать в свою комнату.
— У меня больше нет здесь своей комнаты.
— Тогда задуши ее, — сказал Джеймс, и, если судить по его взгляду, он был не на шутку взбешен. Однако когда он посмотрел на племянницу, взгляд его основательно смягчился. — Ты сделала это нарочно, дорогая?
Регина даже не стала отрицать этого.
— Знаешь, вы двое всегда дружно выступаете против Николаса. А разве это справедливо — двое против одного? И не злитесь на меня. Только что я поняла, что мне предстоит выслушать от него гораздо больше, чем от вас. Все-таки я с ним живу под одной крышей.
Николас Иден стоял рядом и во весь рот ухмылялся.
— Так, может, мне прийти к тебе, Реган, чтобы разделить «удовольствие» выслушать Николаса? — сказал Джеймс.
— Только через мой труп, — высказался Николас.
