Тот пружинисто оттолкнулся от земли мощными лапами и практически вертикально взмыл в небо. Странник припал к массивной шее и зажмурился. Потоки воздуха, казалось, вот-вот оторвут его. Подъём прекратился неожиданно – несколько минут спустя археоптерикс уже парил над землёй, раскинув могучие крылья. Тимур открыл глаза – мерцающие звёзды приблизились, превратившись в сверкающие россыпи. Внизу раскинулась Амальгама с вереницей сияющих фонарей-мерцелий, которые, словно новогодние гирлянды, освещали город. Тимур почувствовал, как его наполняет непередаваемый восторг от единения с таким маленьким и в то же время необъятным миром.
– Спасибо, Пух. – Тимур прижался щекой к жёстким перьям, когда они опустились у Каштана, и прошептал: – Ты не представляешь, что это для меня значит.
Археоптерикс снисходительно скосил на Тимура изумрудный глаз и поудобнее уложил огромную голову на плече странника.
– Жаль, ты не можешь говорить, мы бы с тобой отлично поболтали. Лети, малыш.
Пух снова взмыл в небо, сделал круг и умостился на самой макушке каштана.
Пронзительно крикнув несколько раз, затих и стал невидимым, слившись с серебристой листвой.
Тимур сел на ступени, устало облокотился на перила крыльца и закрыл глаза.
– Понравилось? – горячий бок Кренделя внезапно оказался рядом.
– Угу, – он улыбался, не открывая глаз.
Утром, как только рассвело, появился взъерошенный Олав.
– Ты чего, так и спал на ступеньках? Всё получилось или не получилось? Вы его нашли? – сыпал он вопросами. – Всю ночь ворочался, думал, где вы, что делаете.
Открыв дверь, они услышали горький плач – заспанный Хаим стоял на ступенях и самозабвенно рыдал.
– Эй, малыш, ты чего? – Тимур взял его на руки и поймал себя на мысли, что всегда мечтал вот так носить Лисёнка. Жаль, сестрёнка уже выросла. – У нас сегодня шикарный завтрак – оладушки с повидлом! Вку-у-усные!
– Я даже знаю, кто их будет жарить, – съехидничал Крендель, вручая сковороду Олаву.
– Подумаешь, – тот ничуть не расстроился, – сейчас состряпаем.
Я знаю классный рецепт. Вместо молока берём кефир, яйца, муку, а главное, добавляем творог, – весело приговаривал он, колдуя над плитой.
– Тогда это уже будут сырники, – хмыкнул Тимур.
– Какая разница, главное – вкусно!
– Это… – Хаим недоумённо уставился на тарелку, которая появилась перед ним на столе.
– Вкусняшка, – Олав весело подмигнул и намазал повидлом толстую оладью. – Делаешь вот так и отправляешь в рот, – продемонстрировал он. – Вкусно-о-о-о.
