Я и раньше-то был туговат на ум, а теперь уж вообще… туп.
— Значит, надо стимулировать. Вот, держи. — И Юрий Алексеевич кинул на кровать какую-то бумагу.
— Что это?
— Ну смотри сам. Или ты вместе с умом и зрение растерял?
Мишину очень не хотелось глядеть ни на какие бумажки. Но откровенно посылать Верещагина тоже было нельзя — Сергей всё ещё надеялся решить дело миром. Поэтому он взял в руки брошенный Юрием Алексеевичем документ и убедился, что это действительно документ.
А конкретно договор на дарение. Семейной фирмы Мишина.
Оформленный, заверенный… ему оставалось только подпись свою поставить."
"— Я решил, что это как-то неправильно — мы ведь с тобой только на словах договорились. Надо бы делом подкреплять свои обещания, да? Вот я и подкрепляю. Как женишься на Крис — поставишь подпись, и всё будет твоё целиком и полностью. Ты этого разве не хочешь?
Змей-искуситель.
Нельзя сказать, что Сергей совсем уж не хотел вернуть фирму. Где-то глубоко внутри тлело это старое желание — совсем маленький уголёк, но он был.
Однако это желание не шло ни в какое сравнение с желанием сделать счастливой одну рыженькую Ромашку.
— Юрий Алексеевич, я хотел вас спросить… Почему вы так и не женились?
Верещагин посмотрел на Сергея с изумлением.
— При чём тут это?
— Вы ответьте на вопрос, пожалуйста.
Отвечать отцу Кристины явно не хотелось. Изумление сменилось недовольством, но Мишин продолжал упрямо молчать, глядя на собеседника, и в конце концов Юрий Алексеевич сдался.
— Мы с женой прожили вместе двенадцать лет прежде, чем родилась Крис.
Марина лечилась, никак не могла забеременеть. А когда всё же смогла, заработала себе кучу осложнений и десять лет назад умерла. Я просто не вижу рядом с собой другую женщину.
Сергей кивнул — он слышал эту историю от самой Кристины, только в более эмоциональном варианте. «Папа так любил маму, так любил!» — восклицала она.
О любви Верещагин, конечно, не сказал, но Мишину это было ясно и так.
— Тогда почему вы не хотите понять меня, Юрий Алексеевич? По голове стучите, контракты приносите.
Я признаю — я дурак, что вообще затеял эту нашу с вами сделку. Полный придурок. Но на тот момент я ещё не знал, что в моей жизни вновь появится Рита. И что бы вы ни говорили — я не хочу обманывать Крис. Она хорошая девочка, я желаю ей счастья.
Верещагин скрестил руки на груди и нахмурился.
— Думаешь, кто-то сделает её более счастливой, чем ты?
— Уверен.
— Послушай, Сергей… Я же не запрещаю тебе любить другую женщину.