Очаровательная Мария чувствовала себя марией кошки во владениях непостижимого дьявола. Кожа ее покрывалась мурашками от его прикосновений, а мысли путались в тумане страсти и проклятия. Ее губы были подчинены чудовищному желанию, когда он, наклонясь к ней, словно загипнотизировал ее разум....
— Я могу найти мальчика и прикрыть ваши спины, пока вы будете его уводить, но только если она действительно отвлечет Альфу и всех, кто верен ему…, — слова Сивира немного внушили надежду.
— А есть те, кто неверен? — произнесла Халиса, затаив дыхание.
— Скорее те, кто устал от вечного гнева и кровавых планов Альфы, — печально вздохнул двуликий. — Знаю около двадцати таких, как я. Они мечтают о свободе, спокойной жизни, но им это недоступно, так как от вожака уйти невозможно. Инстинкты не дадут. Стая поделена на два лагеря.
— Ты хочешь сказать, что они смогут помочь? — спросила моя кареглазая.
— Нет, Халиса, — покачал головой оборотень. — Они не смогут помочь. Никто не пойдет против Альфы…
— Но ты же пошел, — хмыкнул я.
— И ты знаешь мою причину, глава, — ответил двуликий. — Ради Милании я готов на все и даже нарваться на гнев всей стаи!
— Значит, помощи ждать нам неоткуда, — подытожил я.
— Неоткуда, — повторил мои слова Сивир. — Но мы можем хотя бы надеяться, что те, кто против законов стаи и самого вожака, не кинуться рвать нас на части, оставаясь на своих местах.
— Понятно, что ничего не понятно, — фыркнул Энекин. — Ладно, время не ждет. Нам нужно взять с собой оружие, брат, — произнёс Эн, смотря на меня.
— Мне нужна вещь мальчика, — взгляд Халисы был полон решительности. — Желательно такую, которой он касался совсем недавно…
— Хорошо, я сейчас принесу, — кивнул Энекин, покидая кабинет."
"— Я боюсь спрашивать тебя, как именно ты будешь отвлекать всю стаю, — с замиранием сердца произнёс один из самых тревожных для меня вопросов.
— А что сказать? — грустно улыбнулась любимая.
