Они всегда начинали с малого, как любой наркоман, пробующий свой первый наркотик с самой малой дозы. А уже потом дозы с запросами и желаниями вырастали. И с каждым разом все предыдущие казались слишком маленькими и недостаточными. С каждым разом их приходилось увеличивать и переходить на новый уровень или этап. Ведь иначе нужного прихода не добьёшься, и тебе банально уже не будет вставлять, как раньше.
Вот поэтому я и начала задумываться о предстоящем побеге, когда с лёгкой руки Маннерса мои штрафные дни выросли до первой недели.
Я и до этого старалась не терять бдительности — следила за всеми его передвижениями, отмечая определённые привычки и что-то вроде интуитивного распорядка дня, которого он придерживался, скорее, на подсознательном, а не на осознанном уровне. Как будто уже заранее или по «забытому» условному рефлексу начинала готовиться к неизбежному.
А когда он выписал мне ещё одну неделю сверху, тогда я окончательно поняла, что это уже всё. Он меня не отпустит.
Особенно после того, как начал добавлять в мой ужин снотворное, думая, что я ничего не замечу. Ведь и вправду такое очень сложно заметить, например, после самого первого крепкого сна, в который я провалилась, как тот сурок, практически на двенадцать беспробудных часов! Правда, он не всегда меня кормил этим убойным седативным препаратом. Видимо, только тогда, когда ему было нужно куда-то уехать и оставить меня одну на долгое время. Но, тем не менее, он начал это делать! Возможно даже ещё не осознавая, куда сам собирался прийти через всё это, а потом и меня затащить следом за собой.
А в последнем я уже нисколько не сомневалась. Поскольку я уже видела, как ему становилось с каждым разом всё мало и мало. Он хотел большего. И, кажется, уже начинал потихоньку звереть от этой одержимости, невольно задумываясь о том, как воплотить свои хотелки в жизнь и где найти для этого нужный повод.
* * * *
Кажется, до этого дня на самом деле прошла целая вечность.
Как будто я прожила в этом огромном, двухэтажном номере не чуть больше недели, а как минимум год (если не два, а то и все три). А может это моё восприятие реальности дало ощутимый сбой, смешивая давно забытые чувства и воспоминания из прошлого с нынешними днями. В любом случае, докапываться до истины и искать ответы на неуместные вопросы я не собиралась. Всё, что меня начало волновать в последние дни — это мой личный план побега.
