Я к тебе с искренними чувствами, а ты не веришь…
Богиня отрывается от плеча и несмело берет мое лицо в ладони.
— Прости? — несмело, робко и тихо, но так проникновенно и с надеждой. Наконец-то. — Я…не знаю. Я так сомневаюсь во всем: в тебе, в себе, в нас. Слишком много всего против, понимаешь? Да и семь лет прошло, я не думала, что…
— Я с такими вещами не шучу, Тея. А что касается того, что против…Я со всем разберусь. И начну прямо сейчас. Мне надо ехать, Богиня."
"— Уже? — она не скрывает разочарования и по-детски надувает губы.
— Да, малыш. Но ты будешь ждать меня дома? У нас дома?
Отчаянно кивает головой.
— Что приготовить на ужин?
— Себя. Хочу тебя голую и готовую для меня в нашей кровати на ужин, ночной дожор и завтрак.
Глядя на губы, что медленно тянутся в коварной улыбке, и горящие темным желанием глаза Теи, ловлю себя на мысли, что уже мечтаю оказаться дома и воплотить все то, что безмолвно обещает мне моя Богиня.
А пока мне предстоит разговор с бывшей.
Не прибить бы ее ненароком.
Глава 56
ДавидЕще в лифте достаю бывшую из черного списка, набираю ей и мучительно жду ответа, нервно постукивая ногой, пока лифт добирается до подземной парковки.
Гудок, второй, третий…
Я успеваю сесть в машину к Диме и начать психовать, когда на том конце провода раздается неуверенное и нервное:
— Алло?
— Ты где? — буквально рычу, но напоминаю себе, что Лена — женщина, к тому же беременная.
— Давид? Давид! Спасибо, что позвонил! Я дома!
— Жди, сейчас приеду.
Скидываю звонок и перевожу взгляд на Диму.
— К Лене на адрес. И по возможности поторопись, мне через час нужно быть в другом месте.
— Понял, — кивает и ловко выруливает со стоянки.
Мы довольно быстро добираемся до бывшей, и я, гонимый нетерпением и желанием расставить все точки над «i», выскакиваю из машины, едва она останавливается. Очень вовремя подъездная дверь открывается, и мне удается проскочить внутрь. Не дожидаясь лифта, вбегаю на этаж и решительно жму кнопку звонка.
За дверью не раздается ни шороха, не слышны звуки шагов. Как будто никого нет дома.
Чувствую, как начинаю медленно закипать, и уже кулаком долблюсь в дверь, мысленно проклиная бывшую. Похоже, кто-то осознал, что натворила, и теперь боится моего гнева.
Правильно боится. Потому что я еще не представляю, что сотворю с этой сучкой, но ей определенно не понравится.
— Давид? — наконец-то раздается дрожащий голос Лены.
