Не спускаю взгляд с Ирины Витальевны. Улавливаю напряженность в поведении женщины, она еле сдерживается,
чтобы не наброситься на меня. Кулаки сжаты. Глаза блестят сумасшествием.
Зря я пришла.
Но что сделано, того не вернуть, больше такой ошибки не повторю.
Я набираюсь смелости и пулей выскакиваю из комнаты. Не оборачиваясь, не прощаясь покидаю дом, некогда служивший для меня крепостью и оплотом.
Но когда пальцы уже дотрагиваются до ручки входной двери, мне в спину долетает бормотание женщины. И слова, что она произносит, убивают во мне остатки добрых чувств к Ирине Витальевне:
- Будь ты проклята.
Больше меня эта женщина никогда не увидит.
Решительно открываю дверь и с грохотом закрываю ее за собой, вычеркивая из своей жизни все, что связывало меня с этим домом и с его обитателями.
Возвращаюсь к Светлане за Марусей в квартиру вся разбитая. Встреча с Ириной Витальевной оказалась для моего самоконтроля фатальной.
- У вас что-то случилось? - Света встречается меня на пороге, помогает раздеться.
- У меня нет. Немного повздорили с Ириной Витальевной, - пожимаю плечами и сразу направляюсь на кухню. Нужно согреться, унять внутренний озноб."
"- Я так и думала, что эта затея с вещами обернется чем-то подобным. Она, наверное, вас обвинила в смерти своего сына? - посматривает на меня с любопытством Светлана.
Я делаю вид, что не замечаю ее взгляда. Конечно же, сплетни и слухи никуда не деть, да и вряд ли они сами рассосутся. Людям нужна пища для разговоров, а тут такое.
Даже через полгода авария Головнюка все еще является животрепещущей темой, будоражит умы людей. Никому же так и не стали известны истинные мотивы Ярослава. Никто не знает о похищении. Если бы тогда нас на дороге не встретил Сафронов, кто знает, чем бы вся эта история закончилась?
- А что еще можно ожидать от женщины, у которой погиб сын? - отвечаю вопросом на вопрос.
Не буду я распространяться на эту тему. Не хочу подкармливать сплетников новой порцией негатива.
- Да, это вы верно подметили, - вздыхает разочарованно Светлана. - Уже бы успокоиться ей пора. А она все на вас свою боль сливает, - подзуживает бывшая секретарша.
- Время лечит, Светлан. Все у нее пройдет. Переболит все, - отвечаю девушке и отключаю вскипевший чайник. - Извини, что хозяйничаю. Нервы, - неожиданно понимаю, что без разрешения хозяйки домовничаю на ее территории.
- Вам можно, Майя Ивановна, - машет она рукой. - Не волнуйтесь.
