– Совершенно ни к чему, – отодвигаясь, отказалась я. – В башне Варлок безопасно и невозможно заблудиться.
– Если ты не против… – Закари выразительно изогнул бровь.
Вообще-то я была против, но отказ несколько противоречил легенде, что мы страдали от большой и чистой любви.
– Дорогой сын, ты очень внимательный, – неожиданно одобрила, прямо сказать, не самое выдающееся предложение Люция. – Только долго не засиживайтесь и не проспите завтрак.
Почему-то прозвучало так, будто их ненаглядный сын заночует в моей спальне и от сна нас отвлекут вовсе не безобидные шахматы.
– Закари просто доведет меня до башни! Подниматься не станет, – поспешно уверила я родителей, что никто не собирается с Закари Торстеном заниматься личной жизнью под крышей их дома. Да и под крышей любого другого тоже. – Правда, Закари?
– Кхм? – вопросительно промычал он.
– Спокойной ночи всем, – с улыбкой попрощалась я.
– Спокойной ночи, – согласилась матушка, поднажав на первое слово таким хитрым образом, что не оставалось сомнений, насколько эта ночь обязана быть безмятежной в моей опочивальне.
Как в склепе у бесповоротно упокоенного умертвия.
До южной башни мы добрались в молчании. У подножия каменной лестницы я кивнула:
– Спасибо, что проводил, Закари. Не то чтобы я не дошла бы сама.
– Пожалуйста, – согласился он и преспокойно начал подниматься следом за мной, словно получил разрешение подняться в спальню.
– Ты куда? – С большим недоумением я оглянулась через плечо.
– Думал, что устроишь мне экскурсию по личным владениям, – нахально объявил он.
– Нет, – отказала я. – Хорошо добраться до гостевой башни. Если никуда не будешь сворачивать, то попадешь в холл. Ночью там любопытно посмотреть на мраморных драконов.
Он остался на лестнице, а я, придерживая юбку, начала подниматься. Даже когда ступеньки сделали виток, казалось, будто его взгляд колет спину где-то между лопатками. В то место он как раз укладывал горячую ладонь, тепло от которой проникало под одежду.
В комнате царила прохлада. Послушно зажегся свет.
Едва я подошла к туалетному столику и начала снимать сережки, раздался стук бронзового молоточка, висящего на двери. Закатив глаза своему отражению в зеркале, я тяжело вздохнула и открыла.
Закари стоял в любимой расслабленной позе, привалившись плечом к грубой каменной кладке и спрятав руки в карманы. Черные волосы убраны за ухо. Взгляд из-под полуопущенных ресниц. В общем, он был в образе сердцееда.
– Не нашел дорогу назад? – Я скрестила руки на груди.
