Вдруг резко замирает и смотрит на полку со шмотками, будто увидел там привидение. Медленно тянется рукой и достает какой-то синий предмет. Я прищуриваюсь и узнаю в нем свой новогодний подарок, который вручила ему в ту ночь, когда разлучила с Виолеттой.
Миша поворачивает голову в мою сторону и вопросительно смотрит.
— Ты до сих пор не открыл его? — в моих словах сквозит обида.
— Нет. Тогда я забросил его в шкаф, а потом забыл.
Я хмыкаю.
Миша тянется раскрыть упаковку.
— Подожди, — останавливаю его голосом.
Он снова смотрит на меня.
— Открой в самолете. Сейчас не надо.
Миша медлит пару секунд, а затем убирает синий сверток в рюкзак.
Я продолжаю наблюдать за ним. Мы не обсуждаем наше будущее, но оба понимаем, что это окончательное расставание. Миша уедет в Лондон и будет строить там новую жизнь. Я останусь в Москве, окончу через несколько месяцев бакалавриат и поеду в Женеву поступать в магистратуру. Туда же, где учился папа. Проучусь там два года и вернусь в Москву, чтобы работать в его фирме.
Я хочу поехать с Мишей, но даже не заикаюсь об этом.
Он ясно дал понять, что уедет один.
Интересно, какой будет наша дальнейшая жизнь? Общаться мы не будем, это я точно знаю. Миша из тех людей, которые считают, что уходя надо уходить. Но ведь однажды мы с ним встретимся. На папином юбилее, например. Или на Ириной свадьбе. Или на бабушкиных похоронах.
Тянусь рукой к золотой цепочке со словам Nirvana на шее, которую он подарил мне на день рождения год назад.
— Ты будешь кого-то еще называть своей нирваной? — вдруг спрашиваю и чувствую, как слезы наворачиваются.
Миша застывает с джемпером в руках. Медленно поднимает на меня взгляд и смотрит бесконечные несколько секунд. Затем бросает его в чемодан и подходит вплотную ко мне. Я инстинктивно подаюсь назад, вжимаясь спиной в окно."
"— Моей нирваной всегда была, есть и будешь только ты, — произносит, глядя мне ровно в глаза.
Миша никогда не говорил мне фразу «Я тебя люблю», но я поняла это, когда он сделал татуировку.
От кома в горле и накатывающих слез, становится трудно дышать.
Миша заправляет мне за уши волосы и берет в ладони мое лицо. Склоняется и целует в губы. Сначала нежно, потом сильнее. Я обнимаю его за шею, обхватываю ногами торс. Миша снимает меня с подоконника и несет к постели. И снова я в каждом прикосновении его губ чувствую, что он со мной прощается.
В ночь перед его отъездом я не смыкаю глаз. Смотрю на тусклую луну в окне и слушаю шум дождя, который не прекращался все эти два дня.
