- Потребовалось чуть больше времени, чем обычно, чтобы привести себя в порядок.
- Девочка, - Сильвестр кривовато и снисходительно улыбнулся, демонстрируя ряд ровных вставных зубов.
В это время глаза Целестины расширились, она вытянулась по струнке, добавив к колу в позвоночнике, с которым она ходила и сидела, железный прут, чем привлекла внимание Максима Аркадьевича. Он обернулся на дверь.
Его новоявленная невеста «привела себя в порядок» весьма экстравагантным способом. Такой наряд подошёл бы скорее для пикантной вечеринки для двоих, будь хотя бы один из них любителем подобного фетиша.
Максим не был. Или для карнавального костюма какой-нибудь конфеты, розового зефира, нимфетки, если карнавал для взрослых.
Мира была в чём-то гипюровом, воздушном и сочно-розовом, с пышной, короткой юбкой, в коротких чулках, едва прикрывающих коленки, с рядами стразов, и в туфлях на высоком каблуке, смотрящимися нарочито нелепо с таким нарядом, как мамины туфли на трёхлетней девочке. Дополняли образ яркие губы, и умело подкрашенные глаза.
Мира обошла стол под молчаливыми взглядами присутствующих, прокрутившись вокруг своей оси перед дедом, и села рядом с ним, напротив Максима, выразительно хлопая глазами с накладными ресницами.
- Что ты хотела сказать своим внешним видом, дорогая? - прошелестела Целестина.
- Я хотела понравиться своему жениху, - пропела девушка и посмотрела в упор на Максима, облизнув вызывающе губы, скромно сложив руки на коленях.
- Не стоило затруднений, - ответил Максим. - Признаю, я польщён.
- Разве я не прелесть? - Мира почти легла на приборы, из низкого выреза показалась грудь, мелькнула светлая ареола.
- Несомненно, - подтвердил Максим, изучив, как следует, очертания рук - на сгибе локтя было скопление мелких родинок, - ключицы, тонкую шею, маленькие ушки, содержимое выреза... особенно содержимое.
Грудь не была большой, но упругой, аппетитной, округлой формы, и даже манящей. Бонус во всей этой ситуации - внешняя привлекательность будущей супруги.
На какой-то момент он забылся, организм ожидаемо среагировал на провокацию, из морока Макса выдернул кашель Целестины и невозмутимый взгляд Мирославы.
Она, кажется, наслаждалась эффектом.
- Для чего этот маскарад? - наконец подал голос Сильвестр, смотря таким же невозмутимым взглядом на внучку."
"Они не так уж не похожи, как кажется на первый взгляд. Дед и внучка. Родство не столько видно, сколько ощущается одна кровь, одна кость, и это не вымыть поколениям и посторонним генам.
