– Андрей Денисович кашей, а потом, увидев мои бутерброды, ещё и бутербродами с ветчиной, помидорами и листом салата на тосте, политым оливковым маслом, – отчиталась Таша и смутилась. Ведь они сейчас, по сути, обсуждают её завтрак с мужем этой больной женщины. Завтрак пусть не в интимной обстановке, но всё-таки…
– Ох, да, Андрей любит бутерброды! – рассмеялась Анна Петровна, и неожиданно продолжила:
– Это хорошо, Наташенька, что ты ему такие правильные бутерброды делаешь и составляешь ему компанию. А то ведь он всегда себе из двух кусков хлеба слепит что-то и жуёт! Хорошо хоть, начал всё-таки кашу на пустой желудок проглатывать.
Наташенька, скажи, а ты тоже любишь бутерброды на завтрак?
– Да, люблю. На кашу вечно не было времени, вот я и привыкла, – смутилась Таша.
Анна Петровна улыбнулась каким-то своим мыслям, даже кивнула им, а потом, сменив тему, спросила, смущенно улыбнувшись:
– Наташенька, ты не знаешь, с Денисом всё хорошо? Он не заходил ко мне уже три дня.
Таша это знала.
Она сама здесь уже три дня, а Дениса Андреевича, как его все здесь называют, увидела сегодня первый раз. И, кстати, его отец, Андрей Денисович, представил своего сына Таше без отчества. Она только сейчас это поняла. Странно, почему же тогда весь персонал к нему по имени – отчеству обращается? Ладно, с этим она потом разберется, с чего это вдруг ей такой приоритет.
То, что Денис Андреевич тот ещё оболтус – это она уже поняла. Парень вон ровесник непутевой Оксаны, а всё ещё в институте – об этом горничные шептались, Наталья слышала.
Андрей Денисович тоже вот, увидев сегодня сына, стал словно каменным. Хотя нет, точнее всё-таки будет сравнение с захлопнувшейся ракушкой.
Вот же только что девушка видела заботливого мужа, очень переживающего за свою умирающую жену, за её боли, за то, что лечение не помогло, и поэтому он принял решение и забрал её домой, и нанял ей сиделку и медсестру. Это он сам, будто оправдываясь перед ней, Ташей, рассказал. Будто ему, зачем-то, очень надо было услышать её, Ташино мнение о правильности его поступка.
Выспрашивал её, Ташу, что чувствует такой больной, когда ему делают укол. Как быстро понадобится колоть чаще, чем один раз в сутки.
– Вы всё правильно сделали, Андрей Денисович. Хоспис, какой бы дорогой он ни был – это всё равно больница, насквозь пропитанная тяжелой энергетикой смерти. Хорошо, что Вы можете себе позволить…, – Таша замялась, не зная, как продолжить.
