— Янка… — я шел так близко, как только мог, чтобы успеть поймать ее, сбросив груз трех пластиковых чемоданов. — Зачем нам три чемодана?
— Ты же не сказал, куда везешь меня? И, вообще, Олег, так нельзя. Кто приходит домой в два часа ночи и говорит, что мы уезжаем? Я не предупредила деканат, да и на работе меня ждут дети. И Снежка пришлось соседке оставить, — Янка изо всех сил старалась сохранить равновесие, пересекая раскатанную в лед проезжую часть.
— А если ты не поторопишься, то мы вообще никуда не успеем.
Регистрация закончится через три минуты, — я начал подталкивать ее, как только мы вышли на вычищенную привокзальную площадь.
Толпы людей двигались в разные стороны, слышались голоса, громкое монотонное бормотание диктора. До рассвета было еще далеко, но благодаря чрезмерно яркой подсветке невысокого здания аэропорта, темное полотно неба озаряли яркие вспышки. Новогодние праздники миновали, унося с собой ощущение волшебства и детской радости, возвращая людям уже забытое чувство обыденности и монотонной рутинной суеты.
Вот и теперь толпы загоревших туристов толкались на площади, в поисках своего такси или встречающих. Самые отважные, исключительно по их мнению, стояли в шортах, стараясь не показывать вида, что кровь в венах уже застыла, а сердце вот-вот готово остановиться. Но нет, они гордо стояли, одетые в остатки курортной роскоши: шляпа с неширокими полями, яркие шорты и растянутая футболка, залитая разбавленным алкоголем из бара.
— Сам виноват, почему не дал Лазарю возможность отвезти нас в аэропорт? — Янка подергала меня за рукав, возвращая мое внимание к себе.
— Потому что он занят.
— Чем наш Сереженька может быть занят? А ты, кстати, заметил, что он стал какой-то… Блаженный что ли? Что-нибудь об этом знаешь?
Я улыбнулся, потому что Янка, орудуя внутренними чувствами заметила то, что творилась с Лазаревым. Конечно, знал. Видел все. Поэтому и заставил его заниматься поездкой, чтобы хоть как-то отвлечь. Знаешь, видишь, а как подойти, не понимаешь.
— У тебя есть еще несколько десятков людей, которые могут выполнить функцию таксиста. Не мог их привлечь? Черт! Я не позвонила папе, он голову мне оторвет!
Не мог, уж лучше тащиться с дальней парковки, чем лететь с навязчивым чувством, что твои планы теперь общеизвестны. Хотелось просто исчезнуть, не дав пищи для размышления врагам, а уж друзьям и подавно. Поэтому и собирались мы экстренно, как только я получил отмашку о готовности.
