Ни одна мелочь никогда не ускользнет от него.
— Я, кажется, тебе сказала, что не хочу замуж, — скинула кожаную куртку и аккуратно положила ее на подлокотник дивана. Говорила медленно, подбирая каждое слово. Пыталась оттянуть момент, когда вновь подниму на него глаза. Искала в себе хоть малейший намек на злость, гнев или желание разгромить к чертям этот чопорный зал бизнес-класса, но нет. Перегорело, как спичка. Мгновенно. Оставив только легкую дымку досады.
— Слава Богу, — выдохнул Олег и снова улыбнулся. Он словно читал мои мысли, поэтому, как только я выдохнула, все его мышцы мгновенно расслабились.
— Ты чего сегодня весь день улыбаешься? То не вытянешь из тебя ни одной эмоции, то улыбаешься, как школьник на дискотеке. И что значит твое — «Слава Богу!»
— Просто я продумал только эту версию развития событий, — честно признался он и вмиг стер довольную мину с лица, как только официантка принесла чай и кофе.
— Ну? Что ты должен был ответить по плану?
— Кажется, так: «А как я должен позвать тебя замуж, если ты против?»
— Поэтому ты решил просто сделать меня своей женой без шума и пыли?
— Бинго! — рассмеялся он и глотнул кофе, потянувшись за сигаретами.
— А как же те самые слезливые моменты, как в мелодрамах, когда мужчина встает на колено… — я не успела договорить, как Олег упал на колени и, не переставая улыбаться, обхватил мои руки.
— Так? Кажется, я все правильно делаю? Наклон корпуса? Слез в глаза добавить? — Олег замолчал, а потом уронил лицо в мои ладони и вдохнул. — Ты моя до кончиков волос.
Полностью и навсегда. Я понял все твои намеки о нежелании выходить замуж, постоянные тренировки по падению на колени, отрепетированные твоими любимыми мелодрамами. Я все знаю, меня не нужно долго дрессировать. Я ученый пес. Хочу, чтобы ты жила правильно и счастливо. Слышишь, правильно!
— Ну, а…
— Не нравится такой поворот, тогда просто считай, что я так решил, — Олег не отводил взгляда. Улыбка исчезла, он поджал губы. — Я никуда не уйду. Просто помни это.
А потом моего пальца коснулось что-то прохладное и гладкое.
Я закрыла глаза, не желая, чтобы аэропорт затопило от рвущихся наружу слез. Сильно сжала челюсть, чтобы не разрыдаться в голос от романтики, которую только мог себе позволить этот двухметровый мужик, от взгляда которого даже собаки начинают жалобно поскуливать.
— Это правильно, когда ты просыпаешься утром и готовишь завтрак мужу или когда разбираешь его носки и думаешь о том, что приготовить на ужин. Это правильно.
