Живу по понятиям, законы наши соблюдаю, в обшак отстегиваю исправно, — тут азербайджанец хитро прищурился, — но вправе ли ты запрещать мне заниматься бизнесом? Если бы я, предположим, долю с оборота зажимал… Тогда — да, с меня можно было бы спросить со всей строгостью.
Плешивый понимал, что формально толстяк прав. Он не мог никому запретить заниматься его делом. Амир — барыга и не скрывает этою. Для него торговля наркотой — привычное занятие. То же можно сказать и про цыгана, да и еще про кое-кого в этом зале.
Вон и у Болта из Восточного района глазки так и загорелись, когда он услыхал про мазу наркоту толкать. Дай им волю, тут такое начнется!
в упор на Амира, Плешивый нехорошо оскалился:
— Никак ты сомневаешься, что воровская сходка мое решение одобрит?
Толстяк сразу стушевался. Он, конечно, знал, какой у Плешивого авторитет. Осадив Амира, вор улыбнулся:
— Конечно, я не могу никому ничего запретить. О Чем базар? Это лишь дружеский совет старшего товарища.
Но очень, очень настойчивый. Сейчас в городе более или менее все наладилось. Каждый из вас имеет возможность спокойно заниматься своим делом и зарабатывать на хлебушек с маслицем. А что будет, если в го хлынет эта таджикская дрянь? Уже хлынула, — вдруг подал кто-то голос.
Все взгляды сразу обратились к атлетически сложенному парню, на которого Плешивый обратил внимание самом начале встречи.
А ну-ка, подробнее! — потребовал вор, немного задетый тем, что его так бесцеремонно перебили.
Впрочем, смысл фразы ему был важнее строгого соблюдения «придворного этикета».
Здоровяк с шумом отодвинул стул и поднялся, пред
— Я Саша Терентьев, контролирую Портовый район. Так вот, дня два назад у нас все малолетки на таджикских «арбузах» заторчали. Очень дешевая штука, даже старшеклассникам по карману. Скорее всего, это то, вы, Николай Петрович, говорите.
Плешивый вспомнил, что, конечно же, слышал об этом парне, только вот встречать его до сих пор не доводилось.
Терентьев, по кличке Тетеря, был из спортсменов, бывший борец вроде, и «держал» район грузового Огромная асфальтовая площадь перед воротами была постоянно запружена многотонными фурами, ожидавшими своей очереди под разгрузку-погрузку.
С водителей, зачастую иностранцев, и собирали мзду ребята Тетери, а заодно приглядывали за крутившимися тут же путанами, торговцами паленой водкой и наркоты. Тетеря считался правильным пацаном.
