Всё таки наши предки превратили некогда цветущую планету в нечто ужасное и уродливое, и теперь всё, что ещё не умерло на её поверхности от бесконечных мучительных страданий, жаждет смерти их потомков. И вот сейчас нам выпал последний шанс всё изменить. Сама Шаро Предрекшая послала его своим «чистым» потомкам, не исключено, что от нас теперь зависит будущее всей планеты! Мы не имеем права упустить такую возможность, Президенты не могут не понимать этого! Перед лицом великого возрождения меркнут любые политические и личные дрязги!
— Приехали, господин профессор! — голос солдата прервал его мысли.
Автоматчик распахнул дверь, вылез наружу и подал старику руку: — Выходите, входной люк уже открывают.
Внутри Синицына встречали сразу трое: человек из президентской канцелярии и пара охранников. Его немедленно препроводили в приемную Президента и сдали с рук на руки улыбающейся Сашеньке.
— Здравствуйте, Николай Федорович! — девушка принялась проворно освобождать старика из плена огромного тулупа.
— Президент ожидает вас! — Она сделала большие глаза и заговорщицки зашептала: — Там шифровальщики принесли что-то такое, от чего вся Служба Безопасности уже с ног на голову поставлена! И никто толком не знает, в чем дело! Президент как прочел шифровку, так сразу всё засекретил и за вами послал! Только, чур, я вам этого не говорила, а то мне попадет!
Она повесила на вешалку профессорский тулуп с ушанкой и быстро скрылась за дверью Президентского кабинета.
Синицын, сжимая в руке топорщащийся отсохшим скотчем ноутбук, неуклюже попытался поправить на себе старенький пиджак и с огорчением обнаружил на месте верхней пуговицы торчащий пучок ниток. Как не вовремя, однако! Не к добру…
— Проходите, господин профессор! — объявила Сашенька, появляясь из дверей президентского кабинета. — Ноутбук можете оставить здесь, я за ним послежу!
Старый учёный вошел в кабинет, и она плотно затворила за ним массивные двери.
Федотов был не один. Перед разложенной на столе папкой с документацией сидел начальник Службы Безопасности. Он хмуро кивнул ученому в знак приветствия и вновь погрузился в изучение какой-то бумаги."
"— Присаживайтесь, Николай Федорович, — Президент указал старику на ближайшее свободное кресло. — Нам предстоит серьезный разговор. Только что нами были получены крайне тревожные известия.
— Что случилось?! — Синицын замер на полпути к креслу.
