— Святослав, мне больно!
— Где?
Она показала на правую сторону своей попы.
— Эля, стой здесь, я сейчас, принесу лед. Только больше не гладь это место. Хорошо?
Не отрывая руки от глаз, кивнула."
"Я выскочил из игровой. Гвардейцы посмотрели на меня удивленно. Я мотнул головой, мол все нормально. Побежал на королевскую кухню. Там должен был быть лед. На кухне мне откололи кусок льда и завернули его в тряпочку. Я бегом вернулся назад. Эля все так же продолжала стоять и плакала. Я закрыл дверь в игровую и подпер ее стулом.
— Поднимай подол!
Она посмотрела на меня красными, заплаканными глазами.
— Поднимай. Мне твой отец разрешил видеть твои ноги. Так что все нормально. Заодно посмотрю и скажу, красивые они у тебя или нет?
Я помог ей задрать все ее многочисленные юбки. Они были легкими, словно из паутины.
— Повернись ко мне задом.
Повернулась. Когда поднимали подолы, из них выпала пчела. Она еле шевелилась. Я ее раздавил. На белом шелке панталончиков заметил жало. Вытащил его. Демоны! Как прикладывать лед? Ее панталоны станут мокрыми!
— Я сейчас сниму с тебя твои панталоны!
Она дернулась.
Тихо подвывая, посмотрела на меня:
— Нельзя!
— Наплевать! Как я лед приложу? Они у тебя мокрыми станут. Скажут потом, что ты в штаны наделала. Позор!
— Девочки штаны не носят.
— Зато девочки носят панталоны. Стой спокойно!
Я стащил их с нее до колен. Правая ягодица была припухшая. Я видел на белой коже красное пятнышко. Приложил лед. Эллия дернулась отстраняясь. Левой рукой перехватил ее за низ живота, удерживая.
Ее живот показался мне горячим.
— Немедленно убери руку! — Тихо прошипела она, покраснев.
— Ты отстраняешься. Вот я тебя и удерживаю.
Она замолчала. Сколько так стояли, не знаю. Лед таял. Капельки воды стекали по ее ноге. Я вытирал их тряпочкой. Наконец Эллия сказала:
— Все хватит. Ты мне всю попу заморозил!
Я убрал лед от ее ягодицы. Посмотрел на место укуса. И не знаю почему, но приблизил лицо и поцеловал еле видную красную точечку на ее коже.
Эллия замерла. Я поднял взгляд. Повернув ко мне лицо, она широко раскрытыми глазами смотрела на меня:
— Ты что сделал?
— Поцеловал. Мне показалось, что если я поцелую тебе место укуса, то боль пройдет быстрее.
— Одень назад.
Я натянул панталоны ей на бедра. Она опустила подолы и развернувшись ко мне, залепила пощечину.
— Ты все же сумел подсунуть мне пчелу, Слав. Ты сделал мне больно. Я тебе никогда этого не прощу!
Держась за щеку, ответил:
— Жаль.
