Она была очень хороша: черные густые волосы, идеальный овал лица и огромные блестящие глаза цвета гречишного меда. Хотя, что это я, все санхейо были писаными красавицами и оставались такими до самой старости, разве что с возрастом больше округлялись.
Я осторожно приблизилась к незнакомкам, рядом с которыми весело хохотала Айра, и позвала ее по имени. Смех резко оборвался.
Обернувшись, девушка уперла в меня изумленный взгляд, а потом ее лицо расплылось в приветственной улыбке:
– Виель! Что ты здесь делаешь? Рини? – она недоуменно перевела взгляд на девочку.
– А где Шайель?
– Я вместо нее, – я криво усмехнулась, – а ты как?
– Эйрины, это моя хорошая знакомая эйрина Виель Димантис, – представила меня Айра своим подругам, – мы отойдем, немного поболтаем.
Те неопределенно пожали плечами, продолжая прерванный разговор.
– Где твой экипаж? – поинтересовалась девушка, когда мы отошли в сторону.
Я указала на посольскую карету. Тонкие брови Айры изумленно взлетели вверх.
– Карета посла?
– Сама удивилась.
– Но ведь должны были забрать Шайель, так ведь? Твоя мать сама говорила в храме, на чье имя пришел приказ.
– Как видишь, моей сестры здесь нет, – я не хотела рассказывать Айре о том, что со мной случилось, но уж очень хотелось знать причину ее хорошего настроения. – Послушай, а почему некоторые девушки такие довольные, а другие напуганы?
– Да ерунда, не обращай внимания, – она досадливо поморщилась, – наслушаются разных сказок про даханнов, а потом трясутся как овечий хвост.
– Сказок? – недоверчиво переспросила я.
– Ну да. Вот ты знаешь, зачем мы им? Куда нас везут и что с нами будет?
– На Острова? – неуверенно промямлила я и поняла, что ничегошеньки не знаю. Кроме того, что девушек раз в году куда-то увозят и никогда не возвращают обратно. В учебниках об этом не писали, а дома у нас эта тема никогда не поднималась. Я же лично не была знакома ни с кем, кто захотел бы поделиться информацией. А вот у Айры… – У тебя же кто-то был избран пару лет назад?
– Да, сестра.
Сейчас она шейнаб одного дазгана.
– Кто? Кого?
Айра демонстративно закатила глаза.
– Шейнаб – мать его сыновей, а дазган сотник по-нашему. У них такие названия, что пока язык не выучишь, половину не поймешь.
– Твоя сестра наложница даханна? – изумилась я. – И ты так спокойна?
– Не наложница, – она кинула в мою сторону строгий взгляд, – А шейнаб. Живет в его доме и носит его имя и приходится матерью его наследника.
– Откуда ты знаешь?
– Сестра кое-что писала.
