– Ты на меня не злишься?
Элоиза отодвинулась и открыла рот, и Пенелопа видела, что ее подруга собирается сказать: «Нет». А может, даже добавить: «Конечно же».
Но эти слова так и остались невысказанными, а Элоиза просто сидела с задумчивым и немного удивленным лицом, пока, наконец, не произнесла…
– Нет!
Пенелопа почувствовала, как ее брови поползли вверх.
– Ты уверена?
Потому что в голосе Элоизы убежденности не ощущалось. По правде сказать, она даже говорила не так, как обычно."
"– Все было бы по-другому, если бы я осталась в Лондоне, – спокойно пояснила Элоиза, – и ничем бы не занималась.
Но это… – Она окинула комнату взглядом, неопределенно указав куда-то в сторону окна. – Здесь. Это не то же самое. Это другая жизнь, – тихо сказала она. – Я теперь другая. Даже если самую малость.
– Леди Крейн, – напомнила ей Пенелопа.
Элоиза улыбнулась.
– С вашей стороны так любезно напомнить мне об этом, миссис Бриджертон.
Пенелопа чуть не рассмеялась.
– Просто не верится, правда?
– Ты о себе или обо мне? – спросила Элоиза.
– О нас обеих.
Колин, который все это время держался на почтительном расстоянии, – одной рукой крепко удерживая на таком же почтительном расстоянии Гиацинту, – выступил вперед.
– Вероятно, нам пора вернуться в зал, – тихо напомнил он и, протянув ладонь, помог сначала Пенелопе, а потом и Элоизе подняться на ноги.
Он наклонился, поцеловал сестру в щеку и добавил:
– Ты, определенно, должна идти к гостям.
Элоиза застенчиво улыбнулась, снова став смущенной невестой, и кивнула.
Пожав руки Пенелопы в последний раз, она прошла мимо Гиацинты (которая в этот момент закатила глаза) и вернулась на свадебный прием.
Пенелопа держала Колина за руку и, слегка прижавшись к супругу, смотрела ей вслед. Они наслаждались тишиной, лениво глядя на пустой дверной проем и слушая доносившиеся издалека шум и гам светского приема.
– Как ты думаешь, вежливо ли будет удалиться прямо сейчас? – прошептал Колин.
– Наверное, нет.
– Полагаешь, Элоиза будет против?
Пенелопа покачала головой.
Муж крепко ее обнял, и Пенелопа почувствовала, как его губы нежно касаются ее ушка.
– Давай уйдем, – предложил он.
Она не возражала.
***
Двадцать пятого мая тысяча восемьсот двадцать четвертого года, день спустя после свадьбы Элоизы Бриджертон и сэра Филиппа Крейна, в номер мистера и миссис Колин Бриджертон, постояльцев гостиницы «Роза и ежевика», близ Тетбери, что в Глостершире, было доставлено три письма. Все письма прибыли из Ромни-холла одновременно.
