— Не могу поверить, что ты говоришь по-португальски, — я покачала головой, все еще не веря тому, как Доминик разговаривал с моей семьей за ужином на их родном языке. — Когда, черт возьми, ты научился говорить по-португальски?
— Каждую среду вечером я посещал занятия в Институте иностранных языков, — легкая улыбка тронула его губы, когда он сполоснул последнюю тарелку и поставил ее на стойку. Мы предложили помыть посуду, поскольку еду приготовил мой брат, а мама исчезла сразу после десерта со своим очередным бойфрендом.
— Закрой рот, amor, а то муха залетит.
— Ты сказал мне, что работаешь по вечерам в среду, — обвинила я.
— Так и было. Я работал над изучением португальского языка, — Доминик пожал плечами, и на его скулах выступил румянец. — Я впервые встречаюсь с твоей семьей. Подумал, что это будет приятно.
Боль развернулась за моей грудной клеткой.
— Тебе не обязательно было этого делать. Они бы любили тебя в любом случае.
Изучение иностранных языков далось Доминику нелегко, но тот факт, что он все равно сделал это, потому что хотел произвести хорошее впечатление на мою семью…
Боль усилилась.
Боже, я обожала этого человека.
— Возможно, но я хотел, — лицо Доминика смягчилось. — Faria qualquer coisa por você (прим. Я бы сделаю для тебя все что угодно).
Тяжесть воспоминаний почти раздавила меня, но я сделала болезненный вздох и отбросила их в сторону.
То было тогда. А сейчас было это. Сосредоточься на настоящем моменте.
— Коул сказал мне, что ты отказался подписать бумаги.
Мой комментарий обдал комнату льдом.
Теплота исчезла с его лица, и челюсть Доминика сжалась, когда он выпрямился во весь свой рост — 190 сантиметров.
— Я вижу, ты уже по имени со своим адвокатом.
С таким же успехом он мог бы дать мне пощечину.
Гнев вспыхнул внезапно и жарко из-за его намека.
— Даже не думай разыгрывать сцену ревнивого мужа. Не тогда, когда тебе было все равно, с кем я общалась или тусовалась, пока не задела твое эго…
— Ты думаешь, в этом дело? Мое эго? — его глаза сверкнули.
— Черт возьми, А́ле, прошла неделя. Всего неделя, и этот засранец-адвокат уже вручает мне документы о разводе. Мы еще даже не пытались что-то исправить. Есть консультации по вопросам брака…"
"— Мы однажды попробовали это, помнишь? — ответила я. Это было несколько лет назад, когда я была так расстроена его долгими часами работы, что уговорила его на терапию для пар. — Ты не появился из-за — сюрприз, сюрприз — экстренной работы.
Вероятно, он даже не помнил.
