Боже, то, как он прикасался, смотрел на нее, было за гранью возможной близости, возникающей между двумя людьми. У нее было ощущение, словно он имел все права съесть ее своим взглядом. Словно она была его собственностью.
Одевшись, она подошла к нему, склонив голову. Он мягко погладил ее по волосам.
- Посмотри на меня.
Рейн послушно выполнила команду, удивляясь его поведению. О чем он думал?
- Ты великолепно выглядишь. Пойдем со мной.
Взяв за руку, он вывел ее в холл.
Он хотел провести сессию перед завтраком? В пустом клубе? Почему? Он не хотел, чтобы кто-нибудь, кроме него, ее видел?
Они успели пройти не более пары шагов по коридору, прежде чем он остановился, усилив хватку на ее руке.
- Мне нужно поговорить с тобой. Ты приняла мою власть, девочка. Но у нас еще не было времени подобрать соответствующее украшение для твоей шеи, означающее знак твоей принадлежности. Мне не нравится, что другие Домы могут подумать, что у тебя еще нет Господина. Полагаю, сейчас самое время, официально объявить о нашей паре.
Как думаешь?"
"На ее лице расцвела улыбка. Сотню раз на дню она только и делала, что мечтала о том, где и как он сделает ей такое предложение. И знание того, что он не забыл об этой формальности, о том, что он все еще хотел, чтобы она принадлежала ему, согревало ее снова и снова.
- Думаю, что я приятно взволнована.
- Замечательно. Рад слышать.
Он сглотнул, нервничая в не свойственной для него манере. Она же уже дала свое согласие... в чем еще проблема?
- Это не все, Рейн. Я хочу церемонию, закрепляющую не только мое право на проведение сессий с тобой, но и на твое полное подчинение.
Официально.
Рейн не хватало воздуха, у нее приоткрылся рот от удивления. Она ожидала чего угодно, начиная с того, что он хотел, чтобы она проколола соски и заканчивая применением на ней нового флоггера. В обоих случаях она уже подготовила аргументы. Но к такому, она точно не приготовилась.
Он хотел пропустить этап с тренировками, позволяющий проверить их совместимость друг с другом, чтобы сразу сделать ее своей? В сфере БДСМ, его предложение было равно церемонии бракосочетания.
- Серьезно? - вздохнула она.
Она не могла отрицать тот факт, что расстроилась из-за того, что Хаммер уехал в Нью-Йорк для выполнения своих ежегодных обязанностей. Но, зато он не станет свидетелем происходящего. Она беспокоилась об этом, потому что знала, ему будет больно.
Но то, что он постоянно отталкивал ее от себя, заставило ее, наконец, осознать, что им не суждено быть вместе.
