- Жуть как хочу Просекко! Знаешь, что сказала Светка? Что Просекко - это напиток бедняков!
Она округлила глаза и стала просматривать меню. Вика была больше похожа на фарфоровую статуэтку, чем на женщину тридцати лет. Не пренебрегала уколами красоты и разными хирургическими вмешательствами, но всё делала с умом, так что изменения в её внешности были весьма органичными.
Я же даже после родов, когда Вострикова вскользь сказала, что живот можно убрать при помощи операции, не собиралась ложиться под нож. И моя внешность меня полностью устраивала со всеми её недостатками, к которым можно было отнести, пожалуй, лишь немного вздёрнутый нос и не такие пухлые губы, как это было принято сейчас.
- Ты всё ещё кормишь? - спросила она меня удивлённо, когда я заказала себе чай.
- Ты что? Саввке уже два с лишним, хватит! - заявила я и мы подозвали официанта.
Как только он принял заказ и удалился, я тут же решила перейти к делу. Сидеть и изображать из себя чёрт знает что, не зная, как добраться до сути, я не собиралась.
- Я знаю, что Руслан спит с Вэл, - объявила Вике, и она тут же поджала губы.
Отложив телефон, она вздохнула и посмотрела на меня внимательно. И вдруг сказала то, от чего я застыла:
- Я рада, что ты наконец в курсе. Вообще не представляла, как ты это воспримешь, но раз говоришь спокойно - это хорошо. Ты ведь другая, Женя… У тебя, в отличие от нас, другие представления о любви и верности.
Кого она имела под словом «нас» догадаться было несложно. Других жён тех олигархов и бизнесменов, которые готовы были закрыть глаза на любой грех мужа, лишь бы и дальше оставаться при статусе и деньгах, которые его давали.
Ну и тому, что Вострикова обо всём знала, удивляться не приходилось.
- Но ты не парься, Жень. Это у них ненадолго. Лерка вообще от них быстро устаёт, хотя, как мне кажется, между нею и Русланом и есть искра.
Она говорила так непосредственно о том, что причиняло мне боль, что я всё больше склонялась к мысли свести наше общение с Викой к нулю.
Или обращаться к ней только в случае, если мне это будет выгодно.
- Знаешь, у них типа соперничества… Ну, как долго с ней кто будет. Мой продержался три месяца, - не без гордости, от которой у меня озноб по телу пошёл, продолжила Вострикова.
- Вик, ты вообще себя слышишь? - не удержалась я от того, чтобы не ужаснуться. - Это же просто кошмар - так себя не уважать, чтобы спать с женщиной, которую до тебя поимело всё твоё окружение в мужском лице.
