Книга Старуха Кристи - отдыхает! — читать онлайн бесплатно полностью

Дверь в квартиру Никиты никто не открывал, я перестала звонить, решила постучать, ударила кулаком по створке, а та неожиданно открылась.

– Никита, – позвала я, входя в пахнущую одеколоном прихожую, – это Татьяна Ивановна, из ректората.

Парень не отвечал, но из противоположного конца коридора доносилась музыка. Решив, что юноша просто не услышал звонка и моего крика, я, мысленно обозвав хозяина разгильдяем, дошла до двери, из которой лились звуки, увидела юношу, сидевшего на стуле спиной ко мне, и вздохнула.

Я обошла стул, посмотрела на парня, хотела сказать:

«Никита! Снимите наушники, к вам пришли из ректората».

Но слова замерли в горле. Рот парня был приоткрыт, глаза бездумно смотрели в окно, язык, жуткий, страшный, вывалился наружу…

Др-р-р, – ожил мой мобильный.

Словно под гипнозом я вытащила трубку, в ухо ворвался веселый голос Этти:

– Сейчас не могу говорить, – прошептала я, невольно оглядывая стол, – давай попозже позвоню, а? Я на собеседовании нахожусь.

Что ответить на вопрос Этти? Что нашла работу невесть у кого и теперь стою возле трупа? Трупа? Ой, мама, надо срочно бежать отсюда!

Еле дыша, я дочапала до метро, оглядываясь на каждом шагу. В паре метров от входа в подземку виднелось небольшое кафе, я, забыв о необходимости экономить, вошла внутрь, схватила валявшееся на столе меню и изучила цены.

– Слушаю вас, – ласково прощебетала хорошенькая тоненькая, словно зубочистка, официантка.

– Что входит в салат «Цезарь»? – деловито осведомилась я.

– Куриное филе, сухарики, листья салата и майонез.

– А в «Овощную фантазию»?

– Ясное дело, всякие овощи: помидоры, огурцы, редис и майонез.

Я вздохнула, ну майонез-то никак нельзя отнести к овощам, это соус. Впрочем, салатами не наешься! В тарелке небось окажется одна лопушистая зелень. Кстати, вот тут возле названия блюда стоят цифры: 10-250-5-30.

– Простите, – снова обратилась я к официантке, – я не совсем разобралась, что означает эта строчка? Вроде цена «Цезаря» семьдесят пять рублей.

Подавальщица с нескрываемым презрением глянула на меня.