Так ей это даже понравилось, Ритка, хотя воняло от нее еще месяц…
Рассказывая, Алексей возбудился. Заметив это, я отвернулась к стенке и сонным голосом произнесла:
– Дорогой, спокойной ночи. Глаза уже закрываются, извини.
– Рит, а тебе ничего не хочется?
– Нет, милый. Завтра тяжелый день…
– У тебя все дни тяжелые, – вздохнул он. – Вот была бы сейчас Машка, она бы такое устроила…
Глава 24
Легкие тюлевые занавески тревожно заколыхались – на улице задул ветер.
– Рит, может, закроем балкон? – миролюбиво спросил Алексей.
– Просквозит ведь.
– Нет, дорогой, не надо, – сонным голосом откликнулась я. – Душно… Если тебе холодно, возьми плед. Ой, что это? Ты слышишь шаги?
– Слышу… О, блин! – Алексей подскочил испуганно и сел на постели, поджав коленки к груди.
У балконного проема стояла девушка. Это была… Маша. Говорят, что покойники плохо выглядят, но она выглядела еще лучше, чем при жизни.
Даже помолодела немного. Красивый вечерний макияж, кружевное белье цвета крови… Господи, и к чему снятся покойники?!
Маша улыбалась и смотрела на Алексея в упор, – Машка, ты, что ли? – спросил он дрожащим голосом.
– Я…
– Ты… Ты это… Ты это брось… Уходи обратно, нечистая…
– Не уйду, там холодно.
– Где это там?
– Там, куда ты меня отправил.
– Да ладно, Машка, дело прошлое. Ты же знаешь, что я это сделал по повелению нашего магистра. Ты же не хотела вступать в секту. Да еще и надумала ребенка рожать… А я ведь тебе говорил, что детей не люблю. Шла бы ты обратно, Машка. Любовница с того света – это уж слишком.
– А я обратно не хочу. Земля больно холодная, да и сырая. Попробуй сам полежи.
– Р-рано мне еще в землю ложиться, – заикаясь сказал Алексей. – В сырой земле лежать – удел мертвых, а я еще пока живой.
Маша кивнула и посмотрела на меня.
– Скажи, Леш, тебе с ней лучше, чем со мной?
– спросила она.
– Нет, Машка, не лучше. Она вообще трахаться не умеет. Просто денег у нее полно, вот и все.
– А со мной тебе хорошо было?
– А то нет! Да такую любовницу, как ты, еще поискать надо.
– Так может, вспомним прошлое?"
"– Не могу, Машка.
Ты с покойниками теперь трахайся, а я с живыми буду.
– А это не важно, кто из нас мертвый, а кто живой. Совокупляться могут тела, находящиеся в любых астральных измерениях. Я с покойниками спать не могу, они холодные.
Маша одним движением скинула лифчик и осталась в тоненьких трусиках. Затем посмотрела на Алексея призывным взглядом.
– Алеша… Не бойся… Дотронься до моей груди…
– Машка, перестань, – простонал Алексей.
