Книга Курсант (СИ) — читать онлайн бесплатно полностью

Слава богу, «прилетело» не только мне — тот же самый орден получила и Аямэ. Что, в общем-то, было более чем справедливо, ведь она возвращала Наоки к нормальной жизни аж двадцать восемь дней. Однако самое веселье началось после того, как осчастливленная целительница была отправлена обратно в приемную — Тэнно задвинул куда подальше весь официоз и лукаво посмотрел на меня:

— Лютобор Игоревич, моя правнучка должна вам уже две жизни. Так почему бы вам не взять ее в жены и не вернуть этот долг детьми? Насколько я знаю, Наоки в вашем вкусе.

Кроме того, уже заслужила место в ближнем круге и даже принесла клятву Служения!

— Ваше Императорское Величество, Наоки действительно в моем вкусе. Скажу больше: я полюбил эту Личность с большой буквы так же сильно, как тетушку, прабабушку, названных сестренок и весь свой ближний круг. Но в данный момент мне всего четырнадцать, соответственно, о женитьбе не может быть и речи. И последнее: долги жизни мы, Волконские-Шаховы, не считаем.

Ибо делаем для родичей все, что можем. Причем всегда и везде!

— Достойная позиция! — заключил самодержец, легонечко подколол чуть порозовевшую правнучку, помучил нас игрой в вопросы и ответы еще минут пятнадцать-двадцать, а потом «отпустил». Вернее, отправил на следующую Голгофу — завтракать с родителями, братьями и сестрами Наоки.

Родители — Земляк чуть помельче деда и на редкость грудастая Лаванда — оказались не такими зубастыми собеседниками, как Сумэраги-старший, так что чисто теоретически следующие два с половиной часа должны были пройти в теплой и дружественной обстановке.

Увы, батюшка Онна-Бугэйси оказался большим любителем фигуристых женщин, поэтому не по-детски запал на Раису Александровну и с первых мгновений трапезы принялся подбивать к ней клинья! Да-да, прямо при законной супруге и детях. Что самое грустное, супруге, явно привыкшей и не к такому, было до фонаря, старший брат Наоки клеился к Эиру, две «боевые» сестры то ревновали к вниманию, уделяемому конкуренткам, то строили мне глазки, а единственная бесхребетная — Тошико — постоянно краснела. И только младший брат, которому было лет двенадцать, не раздражал. Ибо втихаря играл в какую-то игру на комме. В общем, к часу дня я успел основательно завестись и почти всю дорогу до подземного гаража дико радовался тому, что умудрился отбояриться от совместного обеда и выхода в местный свет.