- Я ничего не выклян… не просил! Он сам мне помогает!
- Тебе – да! Но не мне! Не думаю, что твой брат бы взял и вот так вот купил первой встречной серьги с бриллиантами!
Да уж. Братец-то, оказывается, не дурак! Знает, чем девчонку брать.
Ильяс видел меня. Понимал, что я все слышу. Ухом не повел, мальчишка.
- Зоя, я правда хотел сделать тебе приятное. Я не думал, что ты…
- Не думал что? Что я откажусь? Конечно, какая девчонка от бриллиантов откажется, да? Это глупо, Ильяс. Мы с тобой уже не первый день друг друга знаем, ты мог бы понять.
Я наблюдал как мой младший поджал губы. Насупился.
- Подумай, как я буду выглядеть в глазах твоего брата, когда он узнает сколько денег ты потратил?
- А что думать? У него и спросим.
Ильяс повернул голову в мою сторону.
- Что, скажешь, Там?
Я смотрел прямо на нее. И знал, как она может истолковать мой взгляд. Я ничего не скрывал. Не привык.
Ее глазищи, и без того огромные, широко распахнулись.
В них был интерес. Любопытство. И страх.
Да, девочка. Тебе лучше меня опасаться. Я хищник. Я чую добычу.
Наблюдал как ее щечки окрашиваются в алый и млел.
И словно что-то щелкнуло в голове – моя.
Она моя. Любой ценой. Даже самой высокой.
- Здравствуйте…
Зоя.
Вечер. Я снова пью чай с пирогами - Эти мы с Асей готовили вместе. Потом Хосия уходит - ей надо помочь дочери, забрать внука. Она так спокойно оставляет меня, незнакомого по сути человека, в своем доме!
- Милая, а как иначе? Я же знаю тебя.
Верю тебе. Ты светлая, ты зла нам не сделаешь. Если тебе вдруг надо будет уйти – просто дверь захлопни.
Вот так! Я, конечно, никуда не ухожу. С мамой договорились обо всем, так что… Забираюсь на диван с ногами, под плед и…
Накатывают воспоминания.
Мне бы забыть, вычеркнуть, но…
Это словно терапия у психолога – надо все заново пережить, переболеть, чтобы идти вперед. А я хочу только вперед! Я должна вперед!
Иначе…
Закрываю глаза и вижу его.
Солнце путается в его иссиня-черных волосах. Вижу точеные скулы, легкую небритость – хорошо, что он без бороды…
- Что скажешь, Там?
Там? Тамерлан…
Неужели? Это он?
На меня словно заклятие «остолбеней» наложили. Замерла, пожирая его глазами. Не могла с места сдвинуться.
Я всегда спокойно реагировала на мужчин.
Мне вообще казалось, что я просто еще «не дозрела». И мама моя говорила то же самое.
