Ярроу начинается необычной женщиной, которая доживает последние дни своей жизни на пенсии в маленьком городке. Ее день за днем похож на предыдущий — так сложна жизнь пенсионера для многих людей. Однако она видит в этом простое объяснение к удивительной и увлекательной симфонии дней, заполненных важными моментами жизни: учебой, профессиональным становлением, семьями и детьми, а сейчас и даже внуками....
Как вам моё предложение?
Рик застыл в глубокой задумчивости, за это время успели принести горячее: жаркое с картофелем и фасолью, на краю глубокой миски лежал большой кусок горячего душистого хлеба, «ансамбль» довершал кувшин местного холодного вина. Всегда считала, что самая вкусная еда — еда без заморочек, простая и понятная, приготовленная с душой. Ммм как вкусно!
Мы молча принялись трапезничать. А эр всё продолжал хранить тишину. И я его могла понять, самый главный во всех больницах, знаменитый путешественник и травник — вдруг на лекциях у обычных лекков и того же Али Шина, у которого даже нет диплома об окончании лекарской школы.
— Я согласен, буду брать уроки у лекка Свена — наконец-то произнёс Рик, — но все же настаиваю — раз в две седмицы на личных занятиях с вами.
Ух, уважаю! Я широко, искренне улыбнулась, и согласно кивнула головой. Как-либо комментировать его решение я не стала.
И в тот момент, когда я хотела продолжить беседу о травах, почувствовала на себе чей-то пристальный, любопытствующий взгляд. Быстро пробежалась по помещению глазами, и заметила в дальнем углу таверны мужчину, половина тела которого была скрыта в тени, отчего-то подсвечника на столике не было, поэтому полностью его рассмотреть мне не удалось. Мужчина уже не глядел на меня, затененный профиль незнакомца был направлен в другую сторону, но я была уверена на все сто процентов, что за мной наблюдал именно он.
Прим. автора:
*Шандал — прямой синоним слова канделябр. Шандал — очень массивный тяжёлый предмет на большое количество свечей.
Глава 41
Интерлюдия
Кронпринц Николас де Грасе, таверна «Дядюшка По»
Она была прекрасна.
Николас следил за её мимикой и жестами, как она заправила прядь за ушко, как поправила полотенце на коленях — всё это приводило его душу в неописуемое смятение и восторг.
