На этом настояла Татьяна – Женя был уверен, что Михаил Евгеньевич сбежал, уйдя в город пешком: не привлекая внимания, перешел реку вброд и теперь отсиживается в безопасном месте, где до него, как он считает, не доберется полиция. Место это, разумеется, наверняка известно и жене и другу, так что вычислить и задержать беглеца – вопрос времени."
"– Пожалуйста, давайте сходим на озеро, – умоляла Татьяна. Лицо ее блестело от капель воды, и в темноте было не ясно, слезы это или дождинки.
Она выглядела такой измученной, что Даша встала на ее сторону.
– Да, давайте дойдем до озера. Тут же недалеко.
Женя окинул ее сердитым взглядом – конечно, ему ужасно не хотелось снова тащиться куда-то по холоду. Сегодня он достаточно измучился и продрог, и сердце Даши наполнялось нежностью и тревогой, когда она думала об этом, но Татьяна… Было понятно, что она не сдастся, потащится на озеро одна, и бог его знает, к чему это может привести.
– Женя, я очень тебя прошу, давай сходим. Это же недолго! Мы за пятнадцать минут обернемся.
Пробормотав что-то очень похожее на витиеватое ругательство, Макаров натянул поглубже капюшон куртки.
– Сапоги надень, а то ботинки, поди, уже насквозь мокрые.
Боясь спугнуть удачу, Даша беспрекословно сбегала в дом и натянула чьи-то сапоги, стоящие в коридоре. Рядом с ними, небольшими, аккуратными, стояли мужские, заляпанные рыжей мокрой глиной. Интересно, кто это бросил их здесь, не вымыв? Впрочем, думать об этом было некогда. Замотавшись шарфом потуже, Даша снова выскочила во двор и присоединилась к ожидавшей ее небольшой экспедиции.
По тропинке к озеру шли молча. Даша чувствовала, что за сегодняшний день устала так, словно разгрузила несколько вагонов. Прошлая жизнь, в которой развод, одиночество, ссоры с мамой, покупка новой квартиры и ремонт казались большими, практически неразрешимыми проблемами, сейчас была далеко-далеко, словно в дымке. Казалось, все это случилось с Дашей десять лет назад. Не верилось, что она приехала в усадьбу только вчера.
По лицу Жени она видела, что он тоже смертельно устал, причем не столько физически, сколько от свалившегося на него груза ответственности за жизни людей, внезапно отрезанных от цивилизации бурным потоком реки, обрушившим мост. Он не был виноват в том, что убили Сэма, но Даша знала: Женя все равно винит себя в том, что случилось. А уж из-за того, что убийца до сих пор не задержан, просто ест поедом. Ей очень хотелось ему помочь, только она не знала как.
