Как она могла так поступить? Это уже слишком. У нее голова поехала? Месть за отчисление в виде минимум четверых парней на одну девушку. Такое ни одному нормальному человеку в голову не может прийти.
Господи, Лика, о чем ты думаешь? Сейчас эти не до мужики тебя, а ты о какой-то Оксане думаешь.
- Тоже верно. И этот козел нас по рожам не найдет, камеры вырублены. Хорошо, что я забыл все. Черт, всегда мечтал рыженькой устроить огонек, - последнее говорит прямо на ухо. – Че ревешь? Сейчас мы тебе хорошо сделаем.
И поднимает платье, проводит руками по бедрам, а у меня тошнота подкатывает.
- Да хватит тебе с ней возиться. Всем хочется, - один из голосов снова разрезает тишину, где слышны лишь мои всхлипы.
- Сейчас, сейчас плакать перестанешь. Мы тебе покажем, как хорошо может быть с молодыми, а не стариканами за экзамен. Хотя, тебе ведь все равно кого ублажать, да, киска?
Слышу шум расстегивающейся ширинки, и цепенею. Если я сейчас ничего не сделаю, то моя жизнь кончена. Если не спасусь, мне никогда не оправиться от пережитого.
Я не смогу жить больше. Ну же, Анжелика, ты же рыжая, а рыжие никогда не сдаются.
- Да что ты телишься? Не можешь, так отойди, я готов, - чувствую возню сзади.
Они явно пихаются, не могут друг с другом договориться. А потом резко кто-то из них рвет колготки. И тут крик срывается с губ.
- А-аааааа, - звук рвущейся ткани приводит в чувство.
Кричу не останавливаюсь, горло дерет. Мне все равно, кто может услышать и зайти сюда. Плевать, какую картину все увидят. Лишь бы спасли, лишь бы помогли.
- Помогите! А-аааа, - начинаю ползти вперед, но меня хватают за ворот платья и кидают на пол.
Больно ударяюсь головой, в ушах немного звенит, все как в тумане, но я продолжаю кричать, пинаюсь, не разбирая как, в кого, куда. Чудом попадаю в чью-то ногу.
- Аш, вообще больная? – возмущается один из ребят, а мне хочется кричать, что это они ненормальные, соглашаться на такое. – Держите ее, пацаны. Она у меня сейчас иначе запоет. Ну держись, дрянь, сейчас ты попляшешь.
- Нет, не трогайте меня. Нет! – вырываюсь, пинаюсь, но их больше, они сильнее.
Меня хватают, пытаются удержать, один из ребят нависает надо мной.
Больше не кричу, плачу, ненавидя себя. Дура, какая же я дура. Он ведь просил, просил.
Глава 36
Амир
- Где она? – ору на охранника, который должен был присматривать за этим шилом в одном месте.
Характер она решила проявить, показать, какая независимая и гордая. Я ей покажу, где все это начинается и заканчивается.
