— Главное, что ты должен помнить: твоей вины в этой ситуации нет. Ты можешь дружить и любить тех людей, которых считаешь достойными.
— Я тебя люблю, мам.
— А я тебя, — поцеловала его. — Ну все, спи. Я на диване.
Так мы шаг за шагом сближались все втроем. Мне ведь тоже нужно было привыкнуть к мысли, что Барсов теперь в моей жизни как отец Матвея. Вел он себя соответственно: никак не показывал, что претендует не только на дружбу сына, но и на сердце мамы. Смотрел, правда, недвусмысленно, но это уже наше, взрослое.
— Ну все дружок, кончились твои заплывы, — посмотрела на градусник с нешуточной тридцать девять и три. Знала, что не нужно было под дождем купаться. Тропический, теплый, круто. Вот тебе и круто.
Я дала ему жаропонижающее, отпаивала, пока жар спадать не начал, и Матвей не уснул. Потом позвонила Барсову — отменить завтрашнюю поездку в аквапарк.
— Привет, — сказала словно не виделись сегодня, — завтра не получится поехать в Лоо. У Матвея температура поднялась.
— Что-то нужно? Может, лекарства привезти? — и Макс закашлялся.
— Ты тоже?
— Да все нормально. Завтра огурчиком буду.
— Угу. Давай выздоравливай.
Зная мужчин, лечение Макса закончится просмотром телевизора и, возможно, спать ляжет чуть пораньше.
— Пап, можно взять твою машину ненадолго?
Через десять минут заехала в аптеку, купила лекарства и поехала в «Редисон». Я отдавала себе отчет, как это будет воспринято, но не могла поступить по-другому. Или не хотела. Я ведь женщина, которая любит. Сердце, оно такое: ему нельзя приказать полюбить или разлюбить.
Я помнила каждое слово из сказанного под моей дверью. Эта история с Владой отвратительна, но Макс наказал себя за нее. Если ты человек хоть чуть-чуть совестливый, то сам себя съешь за такое. А Барсов не бессовестный и слово держал. Он очень осторожно подбирал ключик к нашему сыну, и уже начало получаться. Матвей, естественно, не проявлял заметной благосклонности, но не агрессировал в его сторону.
— В каком ты номере? — спросила отрывисто. На лифте поднялась и через две минуты постучала в дверь.
— Приятный сюрприз, — открыл Барсов и улыбнулся, хотя выглядел болезненно. — Как Матвей?
— Быстро в постель! — скомандовала я.
— Что, так сразу? — приподнял бровь."
"Я легонько толкнул его в грудь и сунула подмышку градусник. Всучила стакан воды и сказала:
— Рот открой.
— Ой нет!
— Давай-давай. — Я тоже не любила лекарства, но куда деваться!
Температура высокая. Кашель сухой и неприятный.
— Подними футболку, натру тебя.
