Справедливо, что у нее сейчас не было телефона, но у Джоуи был, и у него был мой номер.
Разозлившись, я пролистал список контактов, нашел имя Джоуи швыряльщик и нажал на вызов. Гнев внутри меня возрастал с каждым звонком, который оставался без ответа. Когда я подключился к его голосовой почте, мне казалось, что я в двух секундах от взрыва.
Под действием наркотиков или нет, я знал, что звонил ему по меньшей мере дюжину раз за выходные — я это хорошо помнил, — и то, что меня игнорируют, меня не устраивало.
— Джоуи. — Сжимая телефон с большей силой, чем это было необходимо, я старался сохранять нейтральный тон, хотя меня переполнял гнев. — Мне нужно с ней поговорить. — Мне было насрать, как он это истолковал. Мне было уже похуй, что кто-то думает. У меня было неприятное ощущение внизу живота, от которого не могли избавиться ни сон, ни больничные лекарства. — Послушай… — Зажмурившись, я попытался быть дипломатичным и с треском провалился. — Я знаю, что происходит что-то хреновое.
— Молодец, Джонни. — Это звучит безумно. Я знаю. Я знаю, окей. Но у меня ужасное предчувствие. — Господи, я был сумасшедшим. — Шэннон что-то сказала мне, или мне приснилось, что она что-то сказала мне, но это засело у меня в голове, и я не могу… Послушай, я уже даже не уверен, но мне нужно с ней поговорить. Мне нужно кое-что прояснить, ладно? Так что просто отвечай на мои гребаные звонки..
У меня в ухе раздался звуковой сигнал, сообщающий, что мое время истекло.
— Мудак, — проворчал я, а затем уронил телефон на колени только для того, чтобы вздрогнуть от боли при прикосновении. Я осторожно достал телефон, положив его обратно на тумбочку, прежде чем поднять одеяло, одернуть больничный халат и впервые трезво, с ясной головой взглянуть на повреждения.
Хм. Я склонил голову набок, изучая себя. Неплохо."
"Мои бедра, обе голени и пах были распухшими, уродливыми и покрытыми синяками, бинты прикрывали те части тела, которые были разрезаны, но три мои любимые части тела все еще были, так сказать, целыми.
Мой член был там, и мои яйца составляли ему компанию.
Нахмурившись, я изучал себя, чувствуя себя странно оскорбленным из-за того, что кто-то побрил мне яйца без разрешения, но решил не злиться из-за этого. Я провел впечатляющий полуфинал, вероятно, из-за волнения оттого, что все еще был цел и невредим, так что я воспринял это как победу.
Благодарю тебя, Иисус.
