Вот и теперь коварный меч умудрился юркнуть в щель между косяком и дверью и, заклинив, с силой дернул меня за пояс, как псину за ошейник. Хозяйка честно попыталась скрыть усмешку за кашлем, но глаза выдавали ее с потрохами.
– Я вам не очень помешала? – выдавила я, разобравшись с мечом.
– Что ты, деточка, у нас так редко бывают гости, что твой приезд – настоящий праздник.
Я метнула на нее косой недоверчивый взгляд. Вроде бы не издевается.
Вампирша продолжала:
– Живу я одна, детей нет, дом пустой – иногда даже жутко становится.
Проходи, проходи, не стой в коридоре. Сумку можешь на кресло положить. Для вещей я освободила верхний ящик комода, размещайся, как тебе удобнее. Вот твоя кровать. В шкафу висят полотенца и халаты, в ящиках – все, что может понадобиться молодой девушке. Если понадобится что-нибудь незапланированное, обращайся ко мне, чем смогу – помогу.
Она так загадочно подмигнула, что мне стало неловко.
– Ой, я и так всю комнату заняла… А как же вы?
– Ничего-ничего, я на кухне на печи переночую.
Для нас, стариков, так даже лучше – кости погреть.
Стариков?! Да ей не больше сорока.
– Извините…
– Да? – улыбчиво подхватилась она.
– Я забыла спросить, как вас зовут.
– Ах, это я забыла представиться. Хм… Знаешь, зови меня просто Крина, деточка.
Я хотела спросить, зачем вампирам такие длинные и трудно выговариваемые имена вроде пресловутого имени Арр’акктура, едва не сломавшего Учителю язык, если в ходу исключительно прозвища, но решила не отягощать свою совесть еще одним дурацким вопросом.
Покрутившись немного по комнате и неизвестно зачем выдвинув и снова задвинув средний ящик комода, Крина ободряюще кивнула и удалилась на кухню, оставив меня наедине с моим интеллектом, то есть практически в одиночестве. Я устало плюхнулась на покрытую пледом кровать и наконец-то смогла перевести дух. Н-да, такие насыщенные впечатлениями дни случаются раз в году и не всегда завершаются благополучно. Эх, еще бы ночь пережить…"
"В комнате быстро темнело; в светло-фиолетовых сумерках маячила за окном белесая тень месяца.
На столе стоял подсвечник с тремя свечами, я привычно щелкнула пальцами, и на обугленных фитильках затрепетали желто-розовые лепестки пламени, затопив комнату светом – золотистым, мягким, уютным. Не мешало бы прихватить огарочек на память – задам задачку лаборантам с кафедры алхимии. Пусть выяснят состав свечного воска – не дымит, не трещит, почти не оплывает, пламя ровное, спокойное, неизменно идеальной формы, как перевернутая капелька.
