Когда треснула несокрушимая воля, когда дрогнул шаг, который не могла остановить ни одна армия, когда опустился меч, поднятый против богов… Кто он? Как его имя? Куда он идет? Впереди Рубиновые Горы и этот путь ясен. Но тот, что пролегает в душе погрузился в кромешную тьму. Сможет ли Хаджар найти из неё путь обратно на свет или все, что его ждет — голодная бездна. Все реже бьется в груди его драконье сердце…...
Похоже, «Сердце дракона. Том 15» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Он нужен ему сейчас больше, чем когда-либо… Но поторопись. Кто знает, как долго окно останется открытым."
"— Кья-я! — вновь пропела птица, а затем взмахнула крыльями.
Она поднималась все выше и выше к гранитному небу, направляясь к единственному, небольшому, синему просвету на его черной глади.
— Потерпи еще немного, мой славный потомок, — прошептал во тьму Черный Генерала. — скоро боль уйдет…
Звенья на цепи Врага все истончались…
Глава 1307
Рассвет в долинах… он почти такой же, как в горах. Когда небо тонет в золоте рассветного пожара, а тот, всеми силами, пытается пожрать отступающие войска ночной тьмы.
Наверное, сравнение не из лучших. Таким не завоюешь сердце молодой девы и не снискаешь себе славы поэта.
Но Хаджар не искал благосклонности молодых дев, да и поэтом он не был.
Он, и вовсе, уже давно не знал, кем является на самом деле.
В последнее время он все чаще находил себя в одиночестве, посреди бескрайнего жизненного маршрута, в котором нет никаких наглядных направлений.
Хаджар, опираясь на вырезанный из ветви посох (спасибо Иции), держал в руках Алый Клинок. Черная поверхность клинка, на котором красными нитями вились облака, через которые единственными синим пятнышком пробивалась птица Кецаль.
Хаджар замахнулся и попытался ударить наотмашь, но рана дала о себе знать и, в очередной раз, он споткнулся (теперь уже о посох) и упал на землю.
И, так же в очередной раз, вонзив меч в землю, он с трудом, но поднялся. Вот только — зачем? Даже если он справиться. Даже если сможет убить Дергера и снять проклятие с Аркемейи, то обнять своего сына ему уже будет не суждено и…
— Все это не важно, — процедил Хаджар, будто спорил сам с собой. — если он будет жить, то все это не важно. Ничего не важно…
Может, Хаджар хотел сказать себе что-то еще, но не успел.
— Мы готовы, Чужак? Ты как? Все же решил идти дальше?
Хаджар, вместо ответа, отряхнулся (насколько позволяла двигаться рана)от земли и пошел по склону к небольшой тропе. Убирая клинок в ножны, он так и не заметил, как синее пятнышко Кецаль стало чуть ярче и, наверное, даже, чуть больше.
Хотя, пожалуй, это и не было так важно.
— И зачем мы его тащим, — ворчал Густаф. Он, в данный момент, поправлял рессоры на их дилижансе.
