Словно в северной части пригорода каждому есть что скрывать. И эти люди решили создать зону отчуждения, где можно легко исчезнуть с глаз долой и творить свои загадочные дела.
Я вылезаю из автомобиля. Бреду за Виктором в рощу. Под ботинками хрустят заиндевелые ветки. В трехстах метрах отсюда виднеется резиденция, обрамленная исполинскими деревьями – во тьме они сливаются со стенами здания, придают ему поистине величественные габариты. Свет уличных фонарей отражается в окнах второго этажа.
– Нам сюда, – говорит Виктор, ковыряясь отмычкой в замке.
Железная решетка, заросшая колючими кустами, перекрывает проход в каменную будку (иначе ее не назвать). Сразу за решеткой – ступеньки вниз. Проход тесный. Втиснуться можно лишь в одиночку, и Виктор спускается первым.
– Не передумала? – настороженно спрашивает он, подавая руку.
– Вперед.
– Тогда держись за меня. А то грохнешься и переломаешь все кости.
Он сжимает мою ладонь. Ведет следом. Мы аккуратно спускаемся по ступенькам.
Сквозняк забирается под воротник, и меня бросает в дрожь. Воздух холоднее, чем снаружи. Ощущаю запах сырой земли. Крыс. Нас будто в могилу опустили."
"Проход расширяется. Виктор включает фонарик, шагает вперед, не отпуская моей руки.
– Как мы дойдем до кабинета? – тихо интересуюсь я. – А если нас увидят?
– В резиденции никого нет, кроме уборщиц и пары охранников. Один из них – мой человек. Он сотрет с камер записи. Так что до кабинета мы добраться сможем, а там уже придется надеяться на удачу.
– План надежнее египетских пирамид.
– Придумай лучше, раз такая умная.
Виктор медленно обводит лучом фонарика стены, пол, а в следующую секунду закрывает мое лицо своей грудью. Я успеваю заметить движение под потолком. Над нами пролетает кучка летучих мышей.
– Ты меня чуть не задушил в своем пальто. Я не боюсь мышей. Закрывать меня от них необязательно.
– А бешенства боишься?
Я фыркаю. Виктор снова тянет меня за руку. Спустя пять минут мы оказываемся у двери, а открыв ее – на подземной парковке, где на одном из четырех мест скучает красный джип.
Мы поднимаемся на первый этаж. В левое крыло резиденции. Щелчок двери позади кажется мне самым громким звуком, который я когда-либо слышала. Виктор издает смешок, видя мою реакцию. За что хочется его чем-нибудь треснуть. Главное – не скальпелем.
Дом тих.
Неподвижен.
Коридоры и прошлый раз показались мне жутковатыми, а теперь они еще и депрессивно-пустые.
