Книга Шолохов. Незаконный — читать онлайн бесплатно полностью

Памятуя о том, что его внук будет на исходе Гражданской работать продовольственным инспектором, можно увидеть в этом некоторую преемственность.

Будущий писатель Михаил Александрович Шолохов не просто происходил от купеческих семей. Он являлся прямым потомком двух самых известных, самых богатых на Верхнем Дону купеческих родов.

Но с того богатства мало что ему достанется. Только хватка.

Семейство купца Мохова – персонажи «Тихого Дона».

«Маленькими смуглыми руками, покрытыми редким глянцем волоса, щупал Сергей Платонович Мохов жизнь со всех сторон.

Дав герою фамилию своей бабушки и двоюродного деда, державшего огромное дело в станице Вёшенской, Шолохов, конечно же, догадывался, что пройдёт время и читатели будущих времён начнут разыскивать у романного Мохова и его родни пересекающиеся черты.

Совращение моховской дочки казаком Митькой Коршуновым – одна из первых сцен романа «Тихий Дон». Придумал ли Шолохов эту историю, услышал ли от кого или подсмотрел в другом знакомом ему купеческом семействе – кто знает? Но дерзостную степень откровенности сложно не оценить. Автор мог дать купцу любую другую фамилию – а дал бабкину.

Двоюродный брат писателя Николай Петрович Шолохов утверждал, что романный Мохов списан на самом деле с другого деда – Михаила Михайловича Шолохова.

Примем как мнение, но дело в том, что деда своего Михаила Михайловича будущий писатель в живых уже не застал. Впрочем, и прадеда Василия Тимофеевича Мохова – тоже. Он мог сложить о них мнение только по рассказам.

Зато застал родного брата бабушки – Капитона Васильевича Мохова.

И таким образом мог вылепить семейство романных Моховых сразу из нескольких известных ему лично или по рассказам купеческих семей.

Михаил Михайлович Шолохов с женой Марией родили четверых сыновей (Николай, Александр, Пётр, Михаил) и четырёх дочерей (Прасковья, Капитолина, Ольга, Анна). Для всех детей купец Шолохов нанимал домашнего учителя: верил, что толк будет.

Худо-бедно учёные люди на Дону были редкостью. На одного грамотного казака приходилось семь неграмотных.