Даже при случае сказал Биллу, нашему боссу, что речь Дэнтона часто содержит неудачные выражения, а его рассуждения не отличаются глубиной.
– Попробуй немного его образумить, – вот и все, что ответил мне Билл, хлопнув меня по плечу. – Будет досадно, если в его деле появится выговор. Он ведь останется там навсегда."
"Меня бы только обрадовало, если бы в деле Дэнтона появилась такая пометка, но подавать жалобу я все же не стал, потому что я параноик. Нет, раскрыться было бы в каком-то смысле прикольно – представляю, каким станет у этого гада лицо, – но подставить так Веса я не могу.
У него шикарный первый сезон, и в фокусе прессы должны оставаться его успехи на льду, а не интимная жизнь. Я думаю, он в шаге от того, чтобы претендовать на Колдер Трофи. Серьезно, я не шучу. (награда, ежегодно вручаемая лучшему новичку НХЛ – прим. пер.)
Мы сидим в монреальской пробке на пути на каток, и мой желудок завязан узлом. Наша первая игра в этом турнире должна начаться в час дня, а уже больше полудня.
– Еще миля, – говорит Дэнтон, сверившись с картой в мобильном.
– Парни, на то, чтобы переодеться, у нас будет всего пятнадцать минут. Будем надеяться, что в следующий раз тренер Каннинг сможет встать вовремя.
Блядь. Ненавижу, что я опоздал. И ненавижу его.
Слишком много ненависти для калифорнийского парня. День точно не задался…
Наконец мы подъезжаем, выгоняем ребят из автобуса, и я помогаю занести гору снаряжения внутрь. Начало турнира, слава богу, задерживается на полчаса. Команде даже хватает времени на то, чтобы нормально переодеться и настроиться на игру.
– Все. Вперед, – говорю я, хлопнув перчатками. – Барри! На вбрасывании будь повнимательней. Помнишь? Эта команда немного тормозит при получении шайбы.
Парень кивает с напряженным лицом.
Затем я переключаю внимание на Данлопа, своего вратаря. Он очень одаренный игрок и здорово работает на тренировках. К сожалению, у него появилась тенденция зажиматься во время игры. В начале сезона он держался отлично, но в этом месяце застрял в тупике.
– Как самочувствие? – спрашиваю его.
Он отводит глаза.
– То есть, не сдуюсь ли я, как в тот раз?
– Данлоп, смотри. Я знаю, что ты испытываешь. Кризис бывает у всех вратарей. Кажется, будто это дерьмо никогда не пройдет, но оно проходит. Всегда. Сегодня или в следующем месяце, но твой кризис закончится. Честное слово.
Он что-то сердито ворчит. Не убедил я его.
– У тебя есть талант, и твои товарищи это знают. Даже когда ругают тебя.
