Когда вышел на балкон, я прошмыгнула следом за ним. Решилась, потому что выпила немного шампанского.
На улице прохладно — минусовая температура. Но рядом с Ярославом мне было жарко.
Помню, как предупредительно сверкнули в темноте его глаза, но меня это не остановило. Ни слова не говоря я подошла ближе, опустила руки на широкие плечи и потянулась за поцелуем. Голова кружилась, адреналин зашкаливал. Я наконец-то чувствовала себя взрослой. Достаточно взрослой для Ярослава. Мои губы коснулись его твёрдых губ, глаза прикрылись от удовольствия, а потом…
Чёрт, такого стыда я никогда в своей жизни не испытывала, потому что Ярослав мягко меня от себя отодвинул и попросил больше не пить!
Накрывшись подушкой, проклинаю своё восемнадцатилетие! Полтора года прошло, а я до сих пор не отошла.
Я чувствую те самые эмоции, что и тогда. Неловкость, смятение, позор. Я поклялась себе, что больше никогда к Ярославу не приближусь.
В мою комнату резко открывается дверь. Пульс частит, дыхание сбивается, когда я вижу хорошо знакомую высокую фигуру под два метра ростом.
— Не спишь? — спрашивает Яр, прикрывая за собой дверь.
Я молчу и боюсь сказать хотя бы слово. Что он здесь делает? В моей комнате? Он точно не ошибся?
— Не спишь, я же слышу, — произносит с ухмылкой.
Осознав, что меня спалили, я сажусь на кровати и включаю ночник. Яр стоит посреди комнаты, уперев руки в бока, и в упор смотрит на меня.
Сердце с силой ударяется о рёбра точно хочет насквозь пробить грудную клетку.
— Чего тебе, Жаров?
Он медленно осматривает мою комнату и вовсе не торопится отвечать, явно провоцируя меня, мою нервную систему и взбесившуюся сердечную мышцу. Если Яр хочет добиться моей скорой смерти, то он действует в правильном направлении.
— Поговорить хотел, — наконец нарушает молчание Жаров.
— О чём?
Шумно сглотнув, подтягиваю одеяло повыше.
— Я забираю тебя с собой, Соня, — отвечает Ярослав. — Вопрос с твоим отчимом я уже закрыл.
Глава 5.
* * *Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем я приобретаю возможность хотя бы пошевелиться.
О чем-то большем не может быть и речи.
Выскользнув из-под одеяла, опускаю ноги на холодный пол и, стыдливо ухватившись за опору, встаю с кровати.
Ногу простреливает от боли, я закусываю нижнюю губу, чтобы не произнести ни звука. Потому что Ярослав за мной с интересом и неприкрытой жалостью наблюдает. Он никогда не видел меня настолько беспомощной и слабой.
