Кудри цвета гречишного меда, собранные так, чтобы подчёркивать прекрасное благородное лицо с классическими чертами, белое платье обманчиво-простого покроя, сочетание белого цвета, меди и янтаря — о да, спору нет, она была прекрасна. И это находил не только я, но и большинство всемирно известных таблоидов.
Только вот сегодня в глубине этих глаз таилось что-то, подозрительно напоминающее страх. Что же, не зря индикатор этого заказа показал переходной этап, не так ли? У нас аппаратура чувствительная, ошибается редко.
— Здравствуй, Шаз, — протянула она, и её голос был густым и тягучим, как мёд — тоже один из моих подарков.
— Прости за навязчивость, дорогой, но я хотела поболтать с тобой напрямую. Итак, всё же… Кто на свете всех милее, Шаз?
Я хохотнул.
— Ты знаешь правильный ответ, милая.
— Уж будь добр озвучить.
Я усмехнулся.
— Ты прекрасна, спору нет. Но есть на свете одна, кто нынче прекрасней тебя…
— Она его секретарша, не так ли?
— Не будь неполиткорректной, моя дорогая. Почти уверен, что нынче их называют помощницами или секретарками…
— Ой, да брось молоть языком, Шаз.
Как будто я и без того не знаю, что ты можешь делать это целый день!
— И не только это, — я демонстративно провёл раздвоенным языком по губам.
— О, это я тоже знаю, — она выдала мне свою лучшую порочную улыбку. Это она умела всегда и преотлично…
Ладно, пора признать: не только это.
— Ну хватит, предадимся воспоминаниям потом. Скажи мне, он с ней спит?
— Ты и сама прекрасно знаешь об этом, моя дорогая. Но твоего уважаемого супруга едва ли можно бы было назвать образцом верности, не так ли? В конечном итоге, ты сама некогда стала сначала его любовницей, а потом уже женой.
Третьей и последней, на момент, когда я в последний раз проверял.
— Ты не помогаешь, Шаз."
"— А, брось. Я могу заверить тебя, что тебе с этой стороны ничего не грозит. Ты ослепительно популярна, моя дорогая. Твоё лицо не сходит с первых полос модных журналов, голос моей женской ипостаси, который я одолжил тебе, люди находят прекрасным и незабываемым, твой сын, очаровательный ребёнок, отлично смотрится на постановочных семейных портретов, твоё лицо на фото с благотворительных акций выглядит поистине ангельски… С чего кому-то вроде тебя переживать из-за какой-то очередной… Кто там у него обычно? Стюардессы, певички, горничные, секретарши… Право, сколько их уже было, и тебя это никогда раньше не волновало.
Что же изменилось?
— Эта другая. Есть что-то про неё… Не могу объяснить, но что-то с ней не так.
