В смысле, ладно начальство — в офисе уверены, что для демонов творчество и самореализация априори невозможны, — но я-то, имея смежную с Аймом специализацию и тоже работая с отчётами по тёмным творцам, не мог не заметить волны невесть откуда возникшей одарённости и следующей за ней весьма характерной смертности.
Бэл тоже знал, наверняка. Но едва ли его это заботило, потому что по его меркам хороший контрагент — дохлый контрагент.
Собственно, я и сам никогда не парился: Айм по сравнению с коллегами всегда был более чем гуманен, бузил реже, чем прочие, интересовался преимущественно высшими материями, на подлинные таланты никогда не покушался… а сам, если честно, всегда был талантлив до изумления.
Всякий раз, когда Айм позволял себе поразвлечься, я старался ознакомиться с плодами его короткой человеческой жизни, потому что — ну хорош же!
С другой стороны, старину Айма, как ни крути, я действительно недооценил. Привык слегка опекать его, как люди опекают очень творческих долбанутых приятелей не от мира сего.
При этом я как-то упустил из виду, что Айм, как ни крути, гений. И демон. Что на выходе могло не дать потрясающий результат.
И вот, как говорится, мы здесь.
— Кстати, именно на тех творцах ты отточил искусство подчинения человеческих тел? Прими моё восхищение: обычно тела, в которые вселяются демоны нашего уровня, живут в лучшем случае неделю, и фонит от них так, что закачаешься. А ты, с другой стороны, стоял прямо напротив меня в том осквернённом храме, изображал клиента — и я ничего не понял, представляешь? Скажи мне кто-нибудь, я бы не поверил.
Айм чуточку криво, но вполне самодовольно усмехнулся: как многие люди и нелюди подобного типа, он всегда был очень чувствителен к признанию его талантов.
— Наблюдать за тобой там в принципе было одно удовольствие, — сказал он насмешливо. — Я, честно признаться, здорово так сомневался в той информации, что попала мне в руки, — ну знаешь, о твоей влюблённости в ангела, блоге и прочих чудесах природы. До последнего думал, что это всё бред чистой воды.
Но потом я вывел к тебе того ангелочка и увидел, какими глазами ты на него смотришь… Серьёзно, Шакс, ты бы себя со стороны видел. Уморительное зрелище.
Я вздохнул.
— Да уж догадываюсь. Слушай, раз уж ты царь горы и всех обхитрил, не хочешь объяснить, что это было вообще? И зачем оно было?
— А, монолог злодея третьесортного романата? Коллега, у меня не настолько дурной вкус.
Я усмехнулся почти невольно: всё же, как ни крути, а Айм — это что-то с чем-то.
