Сорвался с места, стремительно пересек комнату из угла в угол — раз, другой, — точно не знал, что делать с бьющей через край энергией. Снова остановился перед Тейджем. Упрямо сжал губы.
— Она моя пара.
— Кто? — озадачился Бастиан.
Кого еще Лон встретил во дворце во время визита к сурийцам?
— Дочь Сирила, старшая принцесса Дагвин, твоя предполагаемая невеста. Она — моя единственная, — Лон вдруг подобрался, напрягся, как перед прыжком и не сказал, рыкнул: — Моя, слышишь? Я ее не отдам. Ни тебе, ни кому-либо другому.
Буду сражаться. И мне все равно, что по этому поводу думает или планирует император. Она моя.
Тяжелый случай.
Бастиан вспомнил себя, свои чувства к Лине, Мрака, ревущего и царапающегося изнутри, то, как равнял с землей холмы в Нергахе, чтобы хоть немного взять себя в руки, и произнес, как можно мягче.
— Успокойся, дружище, твоя, конечно, твоя. Я на принцессу не претендую, у меня есть Лина, мне этого достаточно.
— Но повелитель…
—Не сумеет меня заставить. Несколько часов назад мы с Линой прошли ритуал в храме Лунной девы.
Богиня приняла наши клятвы и связала судьбы. Сам понимаешь, я никак не могу теперь жениться на дочери Дагвина. Свободных принцев в Этхоре больше нет, так почему не ты? Один из сильнейших драконов, приближенный к правящей семье. Преданный, честный. И происхождение соответствующее. Древний аристократический род Остардов по чистоте крови лишь немногим уступает Анхагарам. Уверен, король одобрит твою кандидатуру, да и император тоже. Осталось только невесту уговорить.
— Уговорю, — Остард упрямо вздернул подбородок. — Обязательно уговорю, сделаю для этого все возможное и невозможное.
— Да, раз уж принцессе суждено было стать избранницей дракона, никуда она не денется, — усмехнулся Бастиан. — Рано или поздно обязательно согласится. Мы упрямые.
— Именно.
Лицо Лона разгладилось — исчезла суровая складка на лбу и чешуек на висках стало меньше. Похоже, друг постепенно успокаивался.
— Она замечательная, — произнес он чуть хрипловато. — Не похожая на других… Совершенная.
— Ты же не видел ее настоящую. Откуда такая уверенность?
— Не видел. Но это и не важно. Я и без этого скажу, какая она. Светлая. Искренняя. Храбрая. Лучшая. Каюсь, там, на встрече, я не выдержал, снял магическую маску. Хотелось, чтобы она запомнила, как я выгляжу, и при новой встрече ни за что не перепутала с тобой или с кем-то другим. И, знаешь, Баст, — Остард улыбнулся, мечтательно и довольно, и глаза его вспыхнули серебром.
