Синяк видите? Это я у подруги задержалась. Конечно, задержалась надолго, но в морду-то зачем? – Она достала бутылку мартини, кивнула на нее и предложила: – Хотите?
– Нет, спасибо.
– Ах да, вы же на службе. Может, я бы с Петечкой не развелась, не застукай он меня с этим козлом. Да и я хороша, чего было мужика к себе в дом тащить? Выпила лишнего, не рассчитала… – Она налила полстакана и принялась вертеть его в руках. – Честно говоря, я-то думала, подуется немного и простит, А он уперся как баран, даром что тихоня.
Ну и на развод подал. Я, конечно, разозлилась и в сердцах согласие дала. За козла этого замуж вышла. Вот уж дура так дура.
– А где он, кстати? – проявила я интерес.
– Муженек-то? Хрен его знает. Выгнала. Вчера тут такая баталия была…
– У подруги задержались?"
"– Денег попросила. Хотела в Испанию махнуть. Вот тебе и Испания. Хорошо хоть в квартиру его не прописала, бог отвел.
– Сафронов вам квартиру оставил?
– Квартиру и машину. А денег ни копейки. Козел-то мой хвастался, что у него денег куры не клюют, оказалось, потому что клевать нечего.
– С Сафроновым у них какие отношения?
– Какие могут быть отношения? Виделись один раз… зато какой.
– Дошло до рукопашной?
– Что вы. Петечка тихий, он драться не умеет, к тому же козел мой на голову выше и в два раза шире, чего с ним драться-то, зубов лишаться? Не знаю, жив ли мой придурок, смурной какой-то, и по телефону звонили раз пятнадцать, чего-то у них там не заладилось.
– Где? – невинно поинтересовалась я. Она залпом выпила и усмехнулась:
– А то не знаете.
В ментовке работаете и не знаете? Муж у меня бандит, тюрьма по нему плачет. – Она и сама горько зарыдала, размазывала слезы по лицу и причитала: – Дура я, дура… А вы чего пришли-то? – внезапно осенило ее. – Вы что думаете: мой каким-то боком к этим убийствам? С ума сошли, зачем ему?
– А правда, что вы мужу после развода расправой грозили? – еще больше раззадорила ее я.
– Ну, может, и грозила. Так это в сердцах.
– Знаете, как бывает…
Она не дала мне договорить.
– Да Петечку только гад последний обидеть может, он же точно дитя малое. Он сердце-то мое знает и никогда бы не поверил, что я всерьез. Это уж кто-то наговорил на меня. Верка? Нет, Верка вряд ли. Наверняка эта ведьма, Лапшина. Святоша хренова. – Она в досаде плюнула. – Конечно, она, больше некому. Везде свой нос сует, учит, учит… Она бы лучше о себе подумала, дрянь этакая, связалась со шпаной… пусть на меня посмотрит, узнает, что это за счастье.
