Миша пролетает вперед, а Заславский наоборот снижает скорость.
— Только не это, — выдыхает он, когда Ламбо летит на нас.
Я взвизгиваю.
Он дергает руль вправо, чтобы избежать столкновения. А там ограждение.
Врезаемся в него, меня по инерции отбрасывает в сторону, и я сильно ударяюсь виском о стекло. Очень больно.
— Ай… — в глазах сразу темнеет.
— Лиза… — слышу напуганный голос Германа.
Я теряю сознание.
Глава 18
Лиза
Открываю глаза со второй попытки. Я в машине Германа, мы куда-то едем. Поворачиваю голову, которая слегка побаливает.
— Фух, слава богу, — облегченно выдыхает парень, когда видит, что я пришла в сознание. Проводит ладонью по затылку. — Не отключайся больше, ладно?
Он озабоченно смотрит на меня, а я, поморщившись, потираю место ушиба. Блин, кажется, я отключилась после столкновения. В горле сушит.
— Куда мы едем? — за окном ночной город. — Гонки закончились?
— Для тебя — да, — он поворачивает руль и мы подъезжаем к какому-то зданию. — В скорой тебя посмотрят на всякий.
— Может не надо? — хриплю . — Я себя нормально чувствую.
— Надо.
Насупившись, замолкаю.
Заславский паркует машину возле отделения скорой медицинской помощи.
— Пошли, — командует он и выходит.
Я неспеша и нехотя выползаю. Герман предлагает помощь.
— Я сама, — игнорирую его протянутую руку. — Что я должна сказать? Участвовала в нелегальных гонках и в следствии столкновения треснулась головой?
Герман косится на меня как на умственно отсталую. Приподняв брови, оставляет мнение при себе.
— Топай давай. Разберемся.
Вздохнув, иду к крыльцу. Захожу в отделение скорой, там нас встречает молодая медсестра. Она здоровается, улыбается Заславскому, видно, что знакома с ним.
— Пять минут назад в себя пришла, — кивнув на меня, комментирует Герман.
— Идите за мной, — ведёт нас куда-то медик.
Мы заходим в кабинет, я сажусь на кушетку и заинтересованно поглядываю на девушку в форме. Лет 25, стройная, большие голубые глаза, волосы светлые, симпатичная.
— Как себя чувствуем? — обращается ко мне.
На бейджике читаю её имя. Поторочина Ольга Михайловна.
— Нормально, — сглатываю.
— Посмотрим, — тянется к моему лицу. Вздрагиваю. Она посмеивается. — Я не кусаюсь…
Оттянув веки, изучает мои зрачки. Одобрительно хмыкает.
— Голова не кружится?
— Нет.
— Не тошнит?
— Нет.
— Что-то беспокоит?
— Тут болит, — касаюсь места ушиба. — Чуть-чуть.
Она заканчивает осмотр, стягивает перчатки и заключает:
— Ничего критичного. Слабое сотрясение.
