Она утверждала, что перестала любить его вскоре после свадьбы, добавив: «Он был таким бесчувственным, что даже не догадывался об этом».
Потрясенная Роуз слушала как в тумане.
Собственно, весь первый день в поезде остался в ее памяти одним расплывчатым пятном. Она села в поезд во власти самых разных эмоций: надежды, тревоги за Тиффани, даже гнева из за того, что Паркер не умер раньше. Но лишь одна из них прибыла с ней в Нэшарт. Волнение.
И теперь, взволнованная, как школьница, Роуз спешила вниз, к выходу из отеля.
Снаружи ее ждал экипаж, чтобы доставить на ранчо Каллаханов. Она собиралась забрать Тиффани и отвезти прямиком к Фрэнку. А потом? Роуз не знала, что будет потом. Она получила свою жизнь назад. Сегодня станет ясно, заслуживает ли это того, чтобы жить дальше…
— Ну ну, а вы не теряете времени даром, миссис Уоррен.
Она узнала этот голос. Побледнев, медленно повернулась к человеку, который угрожал ей все эти годы. К человеку, который стрелял во Фрэнка и обещал убить его, если она не выполнит его требование.
Теперь она знала, кто он. Она потратила немало денег, чтобы узнать о нем все, что только можно. Ей хотелось засадить его в тюрьму, чтобы он больше никогда не увидел белого света. Но все пути были закрыты. Его хозяин был слишком могущественным, слишком много официальных лиц сидело у него в кармане.
Она скользнула рукой в свою сумочку и сжала рукоятку «дерринджера».
— Я говорила с Рут Хардинг, женой Паркера. Его вендетта окончена.
— Знаю.
— Она даже позаботилась о том, чтобы всякое упоминание о ней было вычеркнуто из его завещания.
Адвокат — ее личный друг, а не его.
— Знаю.
Ее глаза сузились."
"— В таком случае, что вы здесь делаете, мистер Харрис? И будьте очень осторожны с ответом. Если надеетесь шантажировать меня, чтобы снова заставить подчиниться, я сама вас убью.
Он имел наглость цокнуть языком.
— Неужели вы и вправду хотите отметить свое возвращение домой подобным образом? Заключением в тюрьму за убийство безоружного человека? Возможно, вам следует знать, что я никогда не был наемным убийцей, миссис Уоррен.
Никакая плата не может служить достаточным вознаграждением за то, что я делаю. Паркер знал это. Я заработал долю в его предприятиях, которыми управлял, и теперь продолжу управлять его собственностью. Чем больший доход они приносят, тем больше я зарабатываю. Его жена знает мне цену. Она уже заверила, что соглашение, которое я имел с ее мужем, будет продолжено.
