Мне мало кто пишет. Может, это Беркут?..
— Ника, ты про завтра не забыла?
— Завтра?.. — пытаюсь припомнить я, вся сосредотачиваясь совсем на другом.
Мой телефон опять коротко вибрирует. Может, конечно, ещё и Федерико написать.
— Ник! Ты со мной? — бросая ревнивый взгляд на мою сумку.
Мне кажется, ревность — это самая честная эмоция, что я ловлю от него. Он включается только в эти моменты. Ревность — показатель чувств? Не уверена…
Разглядываю его. Белая брендовая футболка обтягивает идеальный, сделанный в спортзале торс.
Проходящие мимо девчонки заглядываются. А я давно не кайфую. Глядя на мужское тело, всегда ожидаешь, что за этими потрясающими рельефами что-то стоит — сила, воля… А я не обнаружила ничего увлекательного. Поэтому давно насмотрелась и потеряла интерес.
Нам надо расстаться? Его мама сойдёт с ума! Меня даже собственная не облизывает так, как она.
— Ника?..
— А что завтра?
— Барбекю с родителями. Ещё месяц назад договаривались.
— Ой, извини. Забыла, конечно. Боюсь, ничего не выйдет. Отец скоро улетает в Берлин.
Он очень занят сейчас.
— Ну как так?! Мама пригласила важных гостей.
— Я могу приехать без отца.
— Ты что, не понимаешь, Ник?.. Нужен Павел Александрович. Родители хотят поговорить о слиянии бизнесов, чтобы мы с тобой унаследовали это всё.
Не думаю, что отцу зайдёт эта идея. Как-то он оговорился, что может сожрать в одно движение сеть салонов родителей Макса, став монополистом в крае. Но не делает этого только потому, что я приняла предложение.
— Ника! — рассерженно.
— Где ты витаешь? Павел Александрович обязан быть. Уговори его.
— Мм… Может, тогда он без меня приедет? — пытаюсь скрыть иронию в голосе. И, видимо, попытка скрыть удаётся на отлично!
— Ну… в принципе, если ты занята… то…
Два добермана, идущих на поводке впереди хозяина, вдруг решают проявить к нам интерес. И, водя по воздуху носами, резко сворачивают в нашу сторону. В моих глазах темнеет от ужаса, тело топит горячим животным страхом. Я впадаю в оцепенение, практически отъезжая в обморок. Теперь всегда так при приближении больших собак.
Макс, идущий между ними и мной, отскакивает в сторону, оставляя меня совсем без защиты. На мгновение. А потом за локоть оттягивает к себе.
— Убери собак! — рявкает пренебрежительно на мужчину."
"Тот подтягивает поводки ближе. Собаки в намордниках. Не укусят. Но на мою панику этот факт теперь не влияет никак.
Я уже давно заметила, что Макс тоже боится больших псов. И как он тогда решился броситься мне на помощь в парке?.
