И порвал бы отношения с так называемой женой, если бы она не заявила, что беременна.
Плакаться начала, умоляла, чтобы я не подавал на развод, после смерти её отца, ведь малыш – это наш шанс, дарованный свыше, который в скором времени пробудит в наших душах любовь.
Я ей поверил. Пожалел ещё. Отца все-таки потеряла. Теперь осталась одна. Кроме меня у нее есть лишь собака. Надоедлива, вечно тявкающая болонка, которая постоянно гадит мне в ботинки.
Жена права, может быть, моё отношение к ней изменится. И мы полюбим друг друга.
Стерпится. Слюбится. Так тоже бывает.
Мы не успеваем даже на улицу выйти, Лейла вдруг начинает капризничать.
– Тагир, я есть хочу! – хнычет она, поглаживая живот, как танкер прёт по коридорам клиники утиной походкой."
"Она очень сильно поправилась! Жену разнесло как пороховую бочку. Вот-вот и рванёт. Всё подряд в рот кидает. Разорит нас с таким-то жором ненасытным.
– Опять? – резко останавливаюсь, от удивления рот приоткрываю. – Мы перед УЗИ поели.
– Ты что это на меня кричишь? – хмыкает она, уперев руки в бока.
– Разве это я виновата, что хочу есть! Это ребёнок проголодался! Ой, ай-й! – обхватывает живот руками. – Ну вот, опять пинается. Говорю же, голодный!
Честное слово, это женщина выглядит совсем как пузатый генерал, который пытается мной командовать, раздавая приказы направо и налево.
Меня злят её визги. Рвут на части изнутри импульсы протеста. Задето моё эго, блять. Но всё, что я делаю сейчас, я делаю это для наследника. Тем более, для сына.
Можно и потерпеть. Тем более, осталось совсем немного.
Потому что в ней мой ребёнок. И если я начну повышать голос, могу спровоцировать преждевременные роды. Я унижаюсь перед бабой лишь потому, что забочусь о своём чаде.
Когда мы поженились, мне было похрен на отношения. Женщины, семья… меня это тогда ещё не интересовало. Шлюху снял – хватало. Лишь бизнес. Статус авторитета. Который я получил, породнившись с отцом Лейлы. Жаль его. Хороший был человек. Ушёл от нас год назад в мир другой, оставив мне весь наш совместный бизнес.
Я мог бы развестись с нелюбимой. Но она забеременела. К тому же было бы слишком по-скотски требовать развод, после того, что её отец сделал для меня. Не хочу быть корыстным мерзавцем.
– Тебе напомнить, чем я рискнула ради тебя, Тагир?
Скриплю сжатыми челюстями.
В другое время, не будь она беременна, я бы быстро приструнил женщину, напомнив ей, где её место.
На кухне!
Дома. У плиты.
И в постели.
Всё.
Ладно.
