Барсик зашипел на нас обижено, выдал что-то заборное, едкое по содержанию и спрыгнул с бревна.
– … сопливые. Лучше по кустам шастать в поисках еды, чем неблагодарных малолеток учить уму разуму.
Наш смех с Рианом стал ещё громче.
– Фыр!
– Барсик, прости.
– Вечером поговорим! И чтобы без моего контроля ничем взрослым не занимались!
– Спешу напомнить, что мне девятнадцать лет. Риану вообще двадцать три.
Барсик скривился и умело меня передразнил:
– А мне все шестьдесят! Кто здесь мама? А? Кто здесь отец? Вот и прекрасно!
Риан набрал в лёгкие воздуха, чтобы возмутиться, но кот будто бы почувствовал порыв моего остроухого воздыхателя.
Прыгнул в кусты и исчез, будто его и не было.
Я утешительно похлопала по руке парня.
– Сама в шоке. Наверное, к этому придётся долго привыкать.
– Но ты любишь его.
Я с нежностью улыбнулась.
– Очень. Знаешь, Барсик удачно копирует моего старшего брата. Арсений тоже такой бука. Если папа всегда всё мне позволял, переживая, чтобы я после смерти мамы не чувствовала себя лишённой родительской любви, то Сеня папины порывы строго дозировал своим извечным «папа, не пускай её с этими ребятами.
Они отморозки!». Или «скажи Соньке, чтобы в десять дома была. Вообще-то несовершеннолетние обязаны в 23.00 быть под присмотром родителей!». Такой душный. Я его временами ненавидела. Особенно в период пубертата. А потом он закончил военное училище, и его отправили на дальний восток… – у меня запекло в носу.
Я замолчала.
Берриан уставился перед собой в пространство, позволяя мне незаметно утереться.
А потом предполагаемый полукровка заговорил:"
"– Мой старший брат меня никогда не любил. Родство по отцу – это ничто, когда ты пока привязан к матери. В случае брата – к обиженной матери. Всё изменилось неожиданно… Официальная жена нашего отца стала причиной смерти моей маленькой семьи. Рей узнал о готовящемся нападении.
«Рей… ну, как вариант, это может быть одно из имён Дуата, если помнить, что даркийцы имеют сразу три варианта для своих загадочных ипостасей», – сделала для себя пометку я, слушая дальше.
– Ему было одиннадцать лет, но он не побоялся, пришёл, чтобы предупредить. Жаль только, что слишком поздно… Когда маму схватили, Рей был тем, кто затащил меня под кровать и крепко обнимал, закрывая уши. Мама старалась не кричать, чтобы не испугать нас. Она ведь знала, что за её спиной два маленьких мальчика, один из которых сын её заклятой мстительной соперницы… я ничего не видел и не слышал. Рей не позволил.
